Отвожу взгляд обратно. Чертовски рад, что хотя бы у Киллана сложилась личная жизнь. А меня ждет вечер с той самой журналисткой Надин, пригласившей отметить сегодняшнее событие еще на этапе обсуждения сценария. Ей я представился топ-менеджером фирмы. Не знаю, подозревает ли она о том, что я сторонник однократных связей ради спускания спермы, или нет, но кого это волнует. Цинизм в отношениях с женщинами вскормлен мной не с целью унизить, а с целью защитить их от меня самого.

Опыт с Валенсией показал, какими плачевными могут быть последствия. А опыт с Кэти научил, как на самом деле легко отличить ту особенную от случайной. Надин – случайная, как и все предыдущие до нее.

Мое общение с женщинами смахивает на прямую линию кардиограммы: никаких бешеных скачков пульса, ноль ощущений за ребрами, ни-че-го. Мне нечего им дать, кроме взаимной разрядки.

Это не добровольное наказание одиночеством, как это было, например, у Октавио. Повышая «квалификацию» в холодном расчете, я будто разучился любить с чистого листа. Все теплое, что во мне осталось, теперь достается только тем, кто был в моей жизни до того, как ее раздробило на части. На новых людей меня не хватит.

За Килланом приходит администратор, и он спускается вниз для интервью и последующей демонстрации коллекции. В моих напутствиях Кроу не нуждается. Наше дело нравится ему не меньше, чем мне, просто он терпеть не может публичные выступления. Его больше вдохновляет технический этап производства и краш-тесты – вот где его стихия.

Окидывая взглядом посетителей, задерживаюсь на некоторых подольше, пытаясь прочитать настрой, но тщетно. На них привычные покерфейсы, свойственные любителям шастать по аукционам в желании заполучить себе то, чего не будет у других, и не демонстрировать этого желания до финального удара молотка. Так вкус победы в разы ярче, по себе знаю.

Нанятый конферансье объявляет выход владельца «KingDom», и я убираю ладони в карманы деловых брюк, приготовившись наблюдать за шоу через затемненную стеклянную стену.

— Держи, — тихо подошедшая Валенсия вручает узкий бокал с минеральной водой без газа. — А себе я налила Dom Perignon, у меня нет пунктика по поводу трезвости, — поясняет она с улыбкой и, аккуратно звякнув нашими фужерами, пробует напиток.

Оставив без внимания очередную подколку, смачиваю горло, внимательно слушая диалог Надин и Киллана. Они сидят в рядом стоящих креслах недалеко от подиума. Между ними стеклянный столик с кофейным сервизом на две персоны, а операторы расположились так, чтобы не загораживать обзор присутствующим.

— Мистер Кроу, давайте начнем с истоков: почему вы остановили свой выбор на столь величественном имени вашего детища?

Килл дарит журналистке расслабленную улыбку:

— Захотел стать заметным, это же очевидно.

По помещению разбегаются смешки, а у меня начинает пылать чернильная надпись на теле. Киллан считает, что в названии компании KingDom5 скрыты начальные буквы наших с ним имен, но только я один знаю, чье имя спрятано в начале: Китти, так сильно любившей мотоциклы. А поскольку о существовании совладельца Доминика Рэйвена посторонним неизвестно, история происхождения бренда и вовсе должна быть лишена глубоких смыслов.

— Если говорить о мотоциклах за вашей спиной, — продолжает поважневший бизнесмен Киллан Кроу, — мы планировали создать узнаваемую коллекцию класса «люкс». Линейка «Diamond» – это не просто средства передвижения. Это роскошь, с которой захочется сдувать пылинки, как с Его Величества. Это коллекционная серия для истинных ценителей и превосходная инвестиция благодаря внедренным инновациям. Но о них поговорим позже, во время презентации.

— Вы хотите сказать, что ваши «бриллиантовые» мотоциклы предназначены не для езды, а для любования ими? — Надин кокетливо улыбается, и взгляд Килла меняется на ледяной.

Адри, прилипшая к экрану в Вашингтоне, наверняка выдохнула с облегчением. Эти двое – самые ревнивые личности в моем окружении. Меня тоже выбешивал Ортис и остальные придурки, облизывавшие Кэти своими похотливыми глазенками, но это было ровно до тех пор, пока она не стала моей. Жить на качелях ревности, – на мой взгляд, пытка, а не удовольствие.

— При желании на них можно прыгать и с лыжного трамплина, но, поверьте, их владельцы на это не отважатся, — отражает Кроу, и девушка кивает с безупречной улыбкой:

— Поняла вас. Мотоциклы «Diamond» — это как Bugatty Atlantic в коллекции Ральфа Лорена6?

— Почти. — Килл гордо расправляет плечи от такого утрированного сравнения. — Но, по нашим прогнозам, через несколько десятилетий цена сегодняшнего коллекционного экземпляра «Diamond» возрастет в несколько раз, а на открытом рынке их уже не будет, как и легендарного Bugatti.

— Это поистине смело. Разве не выгоднее производить крупные серии для массового потребителя?

— У нас есть и такие. За два года существования фирмы мы создали три серии мотоциклов. Одна из них – эндуро для любителей погонять по бездорожью, вторая – спортбайки с возможностью комбинаций оснащения в зависимости от задач, третья – круизеры. Кстати, дизайн последних разрабатывался под руководством моей любимой супруги.