Сеня лежал на холодных камнях. Копьё Велеса исчезло вместе с тьмой, но рана осталась – чёрная, пульсирующая, расползающаяся по груди тёмными прожилками, как трещины на льду.

Кузьма стоял на коленях рядом с ним, сжимая его руку. Его лицо было белым, а глаза – мокрыми. Кровь из уха всё ещё текла, но он не замечал.

– Сеня, – бормотал он. – Сеня, ты чего… ты зачем… я бы сам…

Сеня открыл глаза. Они были ясными, спокойными, и на губах мелькнула слабая улыбка.

– Вы… вы сказали, что я не слабый, – прошептал он. – Я хотел… доказать.

– Дурак, – выдохнул Кузьма. – Какой же ты дурак.

Кирилл опустился на колени с другой стороны. Он видел такие раны раньше. В прошлой жизни. Тьма, проникшая в тело, разъедала его изнутри. Если не убрать её сейчас, она убьёт Сеню за считанные минуты.

– Не двигайся, – сказал он, кладя руки на грудь Сени. – Я попробую вытянуть тьму.

– Нет, – Сеня слабо покачал головой. – Вы… вы нужны для источника. Не тратьте силы на меня.

– Заткнись, – рявкнул Кирилл так, что Сеня вздрогнул. – Ты будешь жить. Я сказал.

Он закрыл глаза и направил энергию в тело Сени. Тьма сопротивлялась – она была чужой, агрессивной, она вцепилась в плоть и не отпускала. Кирилл чувствовал, как она расползается, как пожирает ткани, как подбирается к сердцу. Каждый сгусток тьмы был как живой организм, и каждый приходилось вырывать с корнем.

Он начал вытягивать её. Медленно, осторожно, по крупицам. Тьма не хотела уходить, она билась в его руках, пыталась прорваться в него, но он держал её. Его меридианы гудели от напряжения, пот катился по лицу, но он не останавливался.

– Держись, – прошептал он, чувствуя, как силы покидают его.

Вероника опустилась рядом. Она не мешала, просто положила руку ему на плечо, и Кирилл почувствовал холод – не тот, что причиняет боль, а тот, что помогает сосредоточиться. Её энергия вошла в него, охлаждая перегретые меридианы, давая возможность продолжать.

– Я рядом, – сказала она тихо.

Он вытянул последний сгусток тьмы и развеял его в воздухе. Чёрный дымок растворился с тихим шипением. Рана на груди Сени перестала пульсировать, чёрные прожилки исчезли, осталось только глубокое, кровоточащее отверстие.

– Жить будет, – выдохнул Кирилл, чувствуя, как руки дрожат от истощения. – Нужно перевязать и вынести отсюда.

Кузьма, не говоря ни слова, снял с себя рубаху и начал разрывать её на полосы. Его руки тряслись, но движения были точными, уверенными. Он перевязывал рану так, словно делал это всю жизнь.

– Ты как? – спросил Алексей, подходя к Кириллу. Его лицо было мрачным.

– Жить буду, – ответил Кирилл, поднимаясь. – А Сеню нужно отправить обратно в усадьбу. Он не может идти дальше.

– Я отведу, – вызвался Кузьма. – Я и Сеня. Мы вернёмся в усадьбу, и…

– Нет, – перебил его Сеня. Его голос был слабым, но твёрдым. – Я пойду с вами. Я не брошу.

– Ты умрёшь, – сказал Кирилл.

– Не умру, – Сеня попытался улыбнуться, но из его губ пошла кровь. – Я же не слабый. Вы сказали.

Кирилл посмотрел на него. В глазах парня горел огонь – тот самый, который он видел на полигоне, когда Сеня держал щит, истекая кровью, но не отступал. Тот огонь, который делал слабого сильным.

– Алексей, – сказал Кирилл. – Ты идёшь с Сеней обратно в усадьбу. Кузьма остаётся с нами.

– Я… – начал Алексей.

– Ты нужен ему, – перебил Кирилл. – Твои щиты защитят его в дороге. А мы справимся.

Алексей посмотрел на Сеню, на его бледное лицо, на повязку, которая уже пропитывалась кровью, и кивнул.

– Хорошо, – сказал он. – Но вы вернитесь. Все.

– Вернёмся, – пообещал Кирилл.

Он подошёл к Сене и положил руку ему на плечо.

– Ты молодец, – сказал он. – Ты спас Кузьму. Я этого не забуду.

Сеня слабо улыбнулся.

– Я… я хотел быть полезным, – прошептал он. – Как вы.

– Ты полезен, – ответил Кирилл. – Живым.

Алексей подхватил Сеню, поддерживая его. Тот шатался, но стоял.

– Мы быстро, – сказал Алексей. – Ждите нас.

– Не ждите, – ответил Кирилл. – Идите. Мы найдём Степана и источник.

Алексей кивнул и повёл Сеню к выходу из развалин. Их фигуры быстро растворились в сером свете, пробивающемся сквозь разрушенные своды.

– Идём, – сказал Кирилл, поворачиваясь к Веронике и Кузьме. – Степан здесь. Я чувствую.

Они двинулись вглубь развалин. Вероника шла за Кириллом, Кузьма замыкал, держа печати наготове. В зале осталась только тишина и серый пепел конструктов, медленно оседающий на каменные плиты.

Глава 5: Темница

Они спустились по каменной лестнице, уходящей глубоко под землю. Стены здесь были покрыты рунами – древними, пульсирующими слабым светом. Кирилл чувствовал, как энергия нарастает с каждым шагом. Источник был близко.

– Здесь, – сказала Вероника, останавливаясь перед массивной дверью.

Дверь была открыта. За ней оказалась небольшая комната – бывшая темница, судя по ржавым кольцам в стенах. И на полу, скорчившись в углу, лежал Степан.