– Кто? – спросил он.

– Не говорит. Скажет только тебе.

Кирилл подошёл к окну, посмотрел на темнеющее небо. Где-то там, в усадьбе, лежала Вероника. Ждала. А он здесь, в школе, пытался понять, кому можно верить, а кому – нет.

– Пойду, – сказал он. – Но с условием.

– С каким?

– Ты остаёшься здесь. Следишь за Белозерским и за Вересовым. Если что-то пойдёт не так – забираешь друзей и уходишь в усадьбу к Григорию.

– А ты? – спросил Оболенский.

– А я разберусь.

На следующий день Кирилл сказал Громову, что ему нужно отлучиться.

– Надолго? – спросил магистр.

– Дня на три. Может, больше.

– Ты ещё слаб, – сказал Громов. – В лесу, без магии, ты не выживешь.

– Я не один, – ответил Кирилл. – Со мной пойдёт Алексей. И Ратмир будет там.

Громов помолчал. Потом достал из ящика стола небольшой кинжал в простых ножнах.

– Возьми, – сказал он. – Это не магия. Но режет хорошо. И помни: если что-то пойдёт не так – беги. Не геройствуй.

Кирилл взял кинжал, пристегнул к поясу.

– Вернусь, – сказал он.

– Я знаю, – ответил Громов. – Ты упрямый.

Они выехали на рассвете.

Кирилл и Алексей – на двух лошадях, взятых у Григория. В седлах, без магии, без защиты, кроме собственных рук и кинжала Громова.

Лес встретил их тишиной. Не той, что бывает весной, когда птицы поют, а звери шуршат в кустах. Другой – настороженной, затаившейся.

– Здесь недавно прошли, – сказал Алексей, указывая на сломанные ветки. – Много людей.

– Или не людей, – ответил Кирилл.

Они ехали молча, держась настороже. Кирилл чувствовал, как внутри пульсирует слабая, едва заметная энергия первого источника. Она была почти пуста, но давала возможность чувствовать – не магию, а движение. Жизнь. Опасность.

– Там, – сказал он, когда лес расступился, открывая поляну.

В центре, у старого дуба, стоял Ратмир. Он изменился. Его лицо было спокойным, но Кирилл видел, как напряжены его плечи, как он готов в любой момент выхватить меч.

– Димидов, – сказал Ратмир, когда они спешились. – Ты пришёл.

– Ты хотел говорить, – ответил Кирилл, не подходя ближе. – Говори.

Ратмир посмотрел на Алексея, потом снова на Кирилла.

– То, что я скажу, изменит всё, – сказал он. – Ты готов?

– Готов, – ответил Кирилл.

– Предатель – не Белозерский, – сказал Ратмир. – Он просто пешка. Как и я. Настоящий предатель – тот, кого вы меньше всего подозреваете.

– Кто? – спросил Кирилл, чувствуя, как внутри всё сжимается.

– Твой друг, – Ратмир посмотрел ему в глаза. – Кузьма.

Кирилл замер. Мир вокруг словно остановился. Он слышал, как Алексей выдохнул, как лошади фыркнули, как ветер шевельнул ветви дуба.

– Ты лжёшь, – сказал он.

– Нет, – Ратмир покачал головой. – Я не лгу. Я был там, я видел. Кузьма передавал Велесу информацию. Не карту – она досталась от меня. Но он знал. Знал, где ты, что делаешь, куда идёшь.

– Зачем ему это? – спросил Алексей, и голос его дрожал.

– Долг, – ответил Ратмир. – Его отец был должен Карамзину. Много. Если Кузьма не поможет – отец сядет в долговую тюрьму. Или хуже.

Кирилл вспомнил. Кузьма никогда не говорил о семье. Только о матери, которая умерла, и об отце, который остался в Туле. И о деньгах, которые он всегда экономил, о стипендии, которую отправлял домой.

– Почему ты говоришь это сейчас? – спросил он.

– Потому что я хочу искупить свою вину, – Ратмир опустил глаза. – Я предал вас. Я помог Велесу. Но я видел, что вы сделали для моей дочери. Вы могли её бросить. Не бросили.

Он поднял голову, и в его глазах Кирилл увидел то, чего не ожидал. Боль. И надежду.

– Кузьма не злой, – сказал Ратмир. – Он попал в ловушку. Как и я. И если вы сможете его спасти – он станет вашим самым верным союзником.

Кирилл смотрел на него долгим взглядом. В голове крутились мысли, воспоминания, детали, которые раньше не имели значения.

Кузьма, который всегда знал, где он. Кузьма, который «случайно» нашёл тетрадь с гербом Белозерского. Кузьма, который так хотел поехать с ним к источнику, но остался в школе.

– Если это правда, – медленно сказал Кирилл, – почему ты не сказал раньше?

– Потому что я боялся, – ответил Ратмир. – Боялся, что вы убьёте его. А он – не враг. Он жертва. Как и мы все.

Кирилл молчал. Алексей стоял рядом, бледный, сжав кулаки.

– Что будем делать? – спросил Алексей.

Кирилл посмотрел на небо. Оно было чистым, высоким, и где-то там, за облаками, было солнце. Он подумал о Веронике, о её холодных пальцах, о её спокойном лице. О клятве, которую он дал.

– Вернёмся в школу, – сказал он. – И поговорим с Кузьмой. Не как с врагом. Как с другом.

– А если он откажется? – спросил Алексей.

– Не откажется, – ответил Кирилл. – Я ему помогу. Как помог бы любому из вас.

Он повернулся к Ратмиру.

– Ты спрячешься. Я дам знать, когда будет безопасно.