Кирилл почувствовал, как внутри закипает ярость. Но он взял себя в руки. Сейчас нельзя было показывать слабость.

– Что вы хотите? – спросил он.

– Информацию, – Вересов убрал бумагу. – Всё, что вы знаете об источниках. О Велесе. О его планах. О том, кто ему помогал.

– А взамен?

– Взамен Империя обеспечит безопасность вашей усадьбы. И, возможно, поможет с лечением вашей… невесты.

Кирилл замер. Невеста. Он не называл Веронику так, но для Империи это было важно. Статус. Связи. Всё, что давало власть.

– Я подумаю, – сказал он.

– Думайте быстро, – Вересов развернулся и вышел, не попрощавшись.

Громов смотрел ему вслед, и его лицо было мрачным.

– Осторожнее с ним, – сказал он. – Канцелярия не прощает ошибок.

– Что ему нужно на самом деле? – спросил Кирилл.

– Сила, – ответил Громов. – Источники. Им нужны источники. А ты – ключ.

Вечером Кирилл сидел в комнате, перебирая записи, которые оставил ему Григорий. Усадьба держалась, но люди устали. Ратмир с дочерью появился на границе земель, просил убежища. Григорий не пустил, ждал приказа.

Кирилл думал. Ратмир был предателем. Но он знал, где искать четвёртый источник. И он знал, кто ещё работает на Велеса. Если Империя узнает, что Ратмир у него, это будет конец. Если не узнает – это шанс.

В дверь постучали.

– Войдите, – сказал Кирилл.

На пороге стоял Сеня. Его лицо было бледным, руки дрожали.

– Господин Димидов, – сказал он. – Я… я должен кое-что показать.

Он протянул Кириллу небольшой клочок бумаги. На нём было написано одно слово:

«Предатель – не тот, кого вы ищете».

– Где ты это взял? – спросил Кирилл.

– Под дверью, – Сеня сглотнул. – Кто-то подсунул, пока мы были на собрании.

Кирилл повертел бумагу в руках. Почерк был незнакомым, но что-то в нём казалось… правильным. Слишком правильным.

– Ты сказал кому-нибудь? – спросил он.

– Нет. Только вам.

– Хорошо. – Кирилл убрал бумагу в карман. – Никому не говори. И смотри по сторонам. Тот, кто это написал, знает больше, чем мы.

Сеня кивнул и вышел. Кирилл остался один.

Он думал о Белозерском, о Вересове, о Ратмире. О тетради с гербом волка. О записке, которая лежала теперь рядом с ней.

Кто-то играл с ним. Кто-то, кто знал слишком много. Кто-то, кто был внутри.

Кирилл закрыл глаза. Перед ними снова возникло лицо Вероники. Её глаза, её улыбка, её голос.

«Ты справишься».

– Справлюсь, – прошептал он. – Обязательно.

За окном темнело. Ночь опускалась на школу, и вместе с ней – тишина. Тишина, в которой прятались ответы. Или новые вопросы.

Кирилл открыл тетрадь, перелистнул на последнюю страницу. Там было написано:

«Четвёртый источник – в землях Белозерских. Под старым курганом. Хранитель – не человек. Без крови не открыть».

Земли Белозерских. Значит, туда ему и нужно. Но как попасть на земли врага, если ты слаб, а враг силён?

Кирилл закрыл тетрадь, убрал в потайной карман.

Он найдёт способ. Он всегда находил.

Глава 3: Неожиданный союзник

Три дня Кирилл тренировался с Громовым, избегал Белозерского и думал.

Каждое утро начиналось с пробежки вокруг школы, потом – отработка ударов, потом – спарринг с манекенами, которые Громов настраивал всё жёстче. К вечеру Кирилл едва держался на ногах, но чувствовал, как тело привыкает. Как мышцы запоминают движения. Как уходит скованность, которая была в первый день.

– Прогресс, – сказал Громов после очередной тренировки. – Но до настоящего боя ещё далеко.

– Я знаю, – ответил Кирилл, вытирая пот.

– Завтра добавим магию, – Громов посмотрел на него. – Не твою. Твою мы пока не трогаем. Я научу тебя чувствовать чужую. Уклоняться, гасить, перенаправлять.

– Это возможно без собственной силы? – удивился Кирилл.

– Возможно, – кивнул Громов. – Если знаешь, куда смотреть. Магия – это не просто поток. Это структура. У каждого заклинания есть слабые места. Если ты научишься их видеть, сможешь разрушить любое заклинание, даже не имея своей силы.

Кирилл задумался. Это было то, что он искал. Не сила, а знание. Не мощь, а понимание.

– Учите, – сказал он.

В тот же вечер к нему пришёл Оболенский.

Княжич выглядел уставшим. Под глазами залегли тени, и даже его обычная насмешливость куда-то исчезла.

– Димидов, – сказал он, входя в комнату без стука. – Нам нужно поговорить.

– О чём? – спросил Кирилл, откладывая записи.

– О Ратмире, – Оболенский сел на стул, и Кирилл впервые увидел его таким – без маски, без защиты. – Он вышел на связь. Хочет встретиться.

– Где?

– На границе твоих земель. Через три дня.

– И ты хочешь, чтобы я пошёл?

– Я хочу, чтобы ты выслушал его, – Оболенский помолчал. – Он говорит, что знает, кто настоящий предатель. И что это не Белозерский.

Кирилл замер. Тетрадь с гербом волка. Записка под дверью. Теперь это.