– Это совсем на меня не похоже.

– Ты проходила период любви к «Звездным войнам».

На самом деле его проходил я, в свое время просиживал здесь часы напролет, отчаянно желая снова найти себе хобби. Но при том, как мало она помнила, правду сочла бы еще менее убедительной. Мы прошли по коридорам со сводчатыми потолками мимо масляных портретов Трио и Старикана в различных исторических костюмах, промчались мимо банкетного зала, в котором Ромео и Даллас проводили свою свадьбу, и вернулись в парадный холл.

– Ну, вот и все. – Я хлопнул в ладоши с обаятельной улыбкой. – Два бассейна, теннисный корт, площадка для игры в бочче  и домашний тренажерный зал. Хочешь еще что-то посмотреть?

Мы битый час бродили по территории, и половину этого времени она охала и ахала над искусственно выведенными розами и пыталась скормить яблоко Алю Капони, который испытывал глубочайшее недоверие к незнакомцам.

– Он все еще злится за то, что ты его кастрировала, – сказал ей я, мысленно благодаря Себа за то, что заставил меня стерилизовать старину Аля.

– Да. – Брайар прислонилась спиной к стене возле изогнутой лестницы и, скрестив руки на груди, посмотрела поверх моего плеча. Затем указала подбородком на второй этаж. – Южное крыло.

– Что, то старье? – Я, посмеиваясь, показал большим пальцем себе за плечо. – Да не, не нужно. Там скучно. Не на что смотреть.

– Там самый большой балкон, с которого открывается вид на озеро и гребные лодки. – Брайар нахмурилась. – Наверняка что-то там есть.

И это что-то прикончит нас обоих, если вторгнемся на его территорию.

Я преградил ей путь своим телом. А оно у меня, черт возьми, огромное.

– Южное крыло под запретом.

Брайар пригвоздила меня сердитым взглядом.

– Что значит под запретом?

– А что конкретно в моей фразе ты не поняла? – вежливо поинтересовался я.

Даже не подозревал, что ее когнитивные способности тоже пострадали от сотрясения мозга.

– Позволь прояснить: я все поняла, но в корне с ней не согласна. – Она метала молнии взглядом. – Это и мой дом. Ты не можешь указывать мне, куда ходить, а куда нет.

Милая, твой дом – пресловутая туалетная кабинка, в которой кухню от санузла отделяет штора из бусин.

Каким еще был ее дом? Несуществующим. Я расторг договор аренды. Я ни за что не позволю ей вернуться в эту небезопасную клоаку. До сих пор не представлял, что она сделает, как только восстановит память. Надеялся, что гордость не помешает ей принять помощь, потому что, купив ей хороший дом в безопасном районе, я смогу немного успокоить чувство вины из-за того, как мы разошлись.

– В южное крыло заходить нельзя, Брайар.

Она сжала руки в кулаки и уперла их в бока.

– Почему?

Я закрыл глаза. Сделал вдох. И решил озвучить подобие правды:

– У меня есть темная сторона.

– Ты про анальные пробки, которые я видела в машине? В таком случае я нисколько не осуждаю.

– Я сказал, что у меня есть темная, а не потрясная сторона. Будь внимательнее.

Она нахмурилась.

– Что за секрет?

– Это личное.

– Я твоя невеста, черт возьми!

Черт. Точно.

– Я… эм… я… – Серийный убийца? Похититель произведений искусства? Темный жнец? – Барахольщик. – Да. Вот уж правда, ничего лучше не мог придумать. Что тут скажешь? Мне еще не доводилось жить в романтической комедии с кабельного канала, в которой все – то есть абсолютно все – шло наперекосяк.

Брайар с подозрением прищурилась. Она явно верила мне меньше, чем в то, что Санта способен всю ночь лазать по дымоходам на всех семи континентах и все равно оставаться веселым мудаком.

– Пропусти меня.

– Там бардак. Горы многоразовых пакетов, пустых коробок из супермаркета, газет шестидесятых годов, использованная туалетная бумага…

Она склонила голову набок.

– У тебя есть коллекция использованной туалетной бумаги?

– Что тут сказать? Сердцу не прикажешь. – А в моем случае оно, видимо, желало бактерий. – Слушай, не надо тебе видеть это дерьмо.

– Я твоя будущая жена. Уверена, что раз или два видела твое дерьмо в прямом смысле слова. Всем известно, что мужчины забывают смывать в туалете. Я это помню. Имела неудовольствие жить в смешанном студенческом общежитии во время учебы в колледже. – Ее глаза округлились и заблестели. – О боже, Олли, я только что вспомнила! – Она зажала рот ладонью. – Я училась в университете Бэйлора.

– Соболезную.

– Я серьезно. – Она хлопнула меня по груди, и все ее лицо просияло. – Я что-то вспомнила о своем прошлом. Но… – Брайар нахмурилась, наклонив голову набок. – Совсем не помню, чтобы ты меня навещал. Разве я не должна была учиться в Гарварде? Почему я туда не поступила? Мы что, расстались в то время?

– Вроде того, – пробубнил я.

– Ой-ой. Что ты натворил?

– С чего ты взяла, что я что-то сделал?

– Потому что я бы никогда не поставила наши отношения под угрозу. Слишком уж без ума от тебя.