– У Даринии его не было. Свои способности, свой уникальный золотой дар, вы получили от отца. И да, я не планировал обсуждать это так рано. Слишком рано, – пробормотал ректор, с сочувствием рассматривая меня.

Это было слишком. Альтас уже отнял у меня маму. Я не позволю этому миру извратить мои воспоминания об отце. Поэтому я мысленно показала неприличный жест подкрадывающейся истерике и прошептала:

– Мне все равно. Отец не тот, кто породил, а тот, кто вырастил.

– Адептка Шумская, боюсь, вы меня не поняли, – ласково, словно обращаясь к маленькому ребенку, произнес ректор.

– Отчего же, я вас прекрасно поняла. Вас не волнуют ни я, ни пропажа моей мамы. Лишь дар, полученный от мужчины, который считается моим отцом. Точнее, даже не сам дар, а то что он, как магнит, начнет притягивать ничейную магию. Вы надеетесь на это, ректор Кхаал? Вам не нужно, чтобы я преуспела в учебе. Достаточно и того, что я нахожусь на территории академии Пламени. Попробуйте сказать, что я неправа, и учтите, я почувствую, если вы мне солжете.

В кабинете ректора академии Пламени пронесся пепельный шторм. Налетевший сухой ветер смахнул с его стола бумаги и запорошил его серым порошком. Пепельные вихри сунулись и ко мне, но опали на пол аккуратными горстками пепла, точно у меня под ногами только что кто-то самовоспламенился и сдох.

Это была моя вера в чудеса нового мира, в который я шагнула, считая себя избранной. В какой-то степени так оно и было. Я была нужна академии Пламени, но не как новая адептка, а живой магнит для утерянной золотой магии.

Прелестно. Но мне не подходит. А раз так, то придется как-то собраться и начать задавать правильные вопросы.

– Я эмпат, зачисленный на третий факультет. От кого мне достались эти способности?

– Ваша мать была сильнейшим менталистом, владеющим магией разума и способным считывать чужие чувства и эмоции. Что до… – Быстрый взгляд на меня и невозмутимое, – погибшего хранителя, то он умел внушать определенные эмоции своим подданным. Дар Золотого дракона был гарантом процветания южной части континента и мирного соседства с северянами.

Ректор не соврал. Но и всей правды не озвучил. Было нечто, что очень беспокоило ректора Кхаала, но я не знала, было ли оно связано со мной.

– И насколько обширны были эти земли? – тихо уточнила я, помня, что в книгах мамы речь шла о едином государстве огня, занимавшем южную часть Тааса.

– Хранитель Золотого пламени был духовным и магическим лидером всех рас огня и пепла. Адептка Шумская, никто не ждет от вас великих свершений. Но я надеюсь, что благодаря вам мой мир вернет часть утраченной магии, – предельно откровенно произнес ректор Кхаал.

– Хорошо. А в чем моя выгода?

– Вы стали адепткой академии Пламени, – произнес с явным недоумением ректор.

Ещё бы добавил: “Вам, что, мало?”

– И как адептка вашей академии, я получу доступ к любой интересующей меня информации?

– Если вы хотите узнать, можете ли вы претендовать на наследие золотых драконов…

– Да маму я хочу найти! Маму! Мне нет дела ни до наследия, ни до этого мира. Особых плюсов от дара я тоже пока не наблюдаю.

“Могла бы вернуться – отправилась бы домой…”

Странная мысль снова промелькнула в голове. Я никогда не пасовала перед трудностями. А тут прямо хотелось все бросить и попроситься обратно к тете Саше.

***

Норгат

Дракон оставался в тени, пока девчонка не скрылась из вида. И каких трудов ему это стоило! Норгат не опасался, что иномирянка его почувствует, скорее переживал, что не сдержится и снова подправит Эдмарду физиономию. Феникс шел рядом с Любой и проникновенно вещал об огненных источниках силы и волшебном будущем, которое обязательно ее ждет в академии Пламени при его чутком кураторстве и своевременной поддержке.

Недальновидный желторотик. Прежде чем загадывать будущее, лучше бы разобрался с прошлым. Вот Норгат уже все выяснил, и это знание жгло огненного дракона не хуже ледяного камня, сунутого за пазуху.

– Норгат? Хорошо, что зашел, – одобрительно кивнул ректор. – Покажи руку.

Рука восстановилась, хотя еще утром Норгат опасался, что придется использовать иллюзию гладкой кожи. Шрамы не украшают мужчину, когда он наследник императора. Скорее, это свидетельство слабости или следы допущенных ошибок.

Именно поэтому ректор распорядился, чтобы Норгату не давали регенераторы. Дракон был уверен, что если бы в самом деле лишился руки, лорд Кхаал предложил бы ему отрастить новую вместо магического исцеления.

– Рука в порядке. – Дракон подошел к ректорскому столу и выложил на него записывающий камень. – Как и дочь Даринии Альтори.

Вокруг камня взметнулся пепельный смерч и поглотил, Норгат едва успел отдернуть руку. Магия пепла для него, огненного дракона, была тактильно неприятна. Но это была только малая часть неприятностей, которая теперь его ожидала.

– Ты просмотрел запись.

И без того серая кожа горгула потемнела, а глаза вспыхнули, как тлеющие угли.

– А вы бы предпочли, чтобы запись просмотрел кто-то другой? Например, магистр Ард?