Просто чувствовать, заставляя её отпустить весь страх. Её руки сжимают одеяло по бокам, пока мой рот продолжает исследовать её тело.

Я беру другой сосок в рот и катаю тот, который только что отпустил, между пальцами, и вижу, как её кулаки сжимаются ещё сильнее. Я продолжаю целовать, лизать и пробовать на вкус каждую линию, нарисованную на её коже. Я намеренно зацепляю пальцы за её трусики и стягиваю их, убирая с дороги. Она так прекрасна, её грудь поднимается и опускается с мягкими вдохами, которые она пытается контролировать, а её кожа оживает под моими прикосновениями, каждый поцелуй вызывает дрожь или стон. Её глаза всё ещё плотно закрыты, и я позволяю ей держать их закрытыми, пока я продвигаюсь вниз по её телу. Я чувствую её сладкий запах, когда целую её тазовые кости, а затем внутреннюю поверхность бедра. Я собираюсь попробовать её сегодня; планирую заставить её почувствовать все возможные удовольствия. Я перемещаюсь между её ног, и её дыхание останавливается, она задерживает его, и ждёт. Я выдыхаю на её очень чувствительную кожу, и Лаури громко выдыхает, когда я мягко целую её складки. Я не могу остановиться сейчас, даже если бы она попросила, теперь, когда я попробовал её, я хочу большего. Я позволяю своему языку исследовать её, пробуя на вкус. Я касаюсь её очень чувствительного клитора, и она приглушённо кричит. Я делаю это снова и снова, я знаю, что она скоро кончит, и я держу её на этой грани. Я поднимаю взгляд, её глаза теперь открыты, и она смотрит на меня, пока я наслаждаюсь её вкусом на своём языке.

Я убираю одну руку с её бедра, чтобы ввести палец внутрь, пока мой язык кружит вокруг её клитора. Мне удаётся двигать пальцем внутрь и наружу всего несколько раз, прежде чем я чувствую, как она сжимается вокруг меня, и её накрывает оргазм. Её глаза не отрываются от моих, пока она не теряет контроль над этим, и они закатываются, а её голова откидывается назад, выгибаясь ко мне. Черт возьми. Не могу больше ждать, я поднимаюсь над её телом и раздвигаю ноги, чтобы плотно встать между ними. Она ещё не полностью пришла в себя после оргазма, и я осторожно вхожу в неё. Её глаза широко открываются, она смотрит на меня в шоке, я останавливаюсь. Жду, когда она остановит меня, я уверен в этом, но она этого не делает. Слеза катится по её щеке, и она закрывает глаза. Я оцепенел, я хочу её, но хочу, чтобы она хотела меня так же сильно. Я не знаю, остановиться или продолжить; моё тело, мозг и сердце хотят разных вещей. Лаури открывает глаза, и слова медленно слетают с её губ: 

— Не останавливайся, Роуэн. Пожалуйста. Я хочу тебя.

Это всё, что я мог сделать, чтобы не ворваться в неё со всей силой, но вместо этого я медленно вошёл в неё, позволяя ей чувствовать меня, доверять мне, что я не причиню ей боли в этот момент. Я знал, что это, без сомнения, лучшее чувство в мире. Я занимался сладкой, нежной, волшебной любовью с Лаури, я не трахал её и не занимался с ней сексом — я любил её. Я любил её всем сердцем и телом, и ничто не могло отнять это у меня. Её глаза выдают всё, что она чувствует в этот момент. Её тело двигалось вместе с моим, не сопротивляясь, принимая это, желая этого, нуждаясь в этом. Её дыхание на моей коже, её руки впиваются в мои бока. То, как наши тела сливались воедино. Я больше не мог сдерживаться, я перешёл точку невозврата, и мне нужно было взять её с собой. Я просунул руку между нами и мягко потёр её клитор пальцем. Она упала со скалы вместе со мной, её тело плотно сжалось вокруг меня, когда мы кончили вместе. Она кричала моё имя, оно слетало с её языка так сладко, снова и снова. Когда мы замедлились, я обхватил её голову руками, мягко поцеловал в губы и сказал, что люблю её. Боже мой, неужели я любил её; хочу подарить ей весь мир. Я, конечно, тоже не против, чтобы она снова потрясла мой мир.

— Я не знала, что это может быть так, — говорит она, когда мы нежимся в объятиях друг друга. Я притягиваю её ближе, и её тело прижимается к моему.

— Я тоже, — отвечаю, глядя в её глаза, которые всегда говорят мне, что у неё на сердце. И это правда, я никогда раньше не чувствовал этого. Я никогда раньше не чувствовал ничего, что могло бы приблизиться к этому моменту. Она закрывает глаза, и мы засыпаем, сплетенные в потный клубок. 

— Ты не причинил мне боли. — Это последнее, что я помню, прежде чем заснуть. Если бы она только знала, кто в силах причинить кому боль прямо сейчас.