Посторонний человек решил бы, что любящий муж испугался за жену. Но я слишком хорошо знаю мужа, да и теперь, когда я прозрела, розовые очки отказываются снова туманить восприятие. На лице Антона не тревога, а изумление от того, что я не подчинилась его планам из-за чего-то настолько эгоистичного, как массаж.

Да, мне сейчас больно, но боль не физическая, а душевная. Несмотря на видимость спокойствия и на рациональное понимание происходящего, мне очень непросто, неприятно. Саднит душу. Когда иллюзии заканчиваются, чувства не выключаются по щелчку.

– Со мной всё в порядке, – отвечаю мужу. – Это массаж для удовольствия и тонуса.

Антон поглаживает меня по плечу и сладко улыбается.

Мне вдруг становится интересно: он всегда так улыбался? Или раньше я не задавалась вопросом, насколько искренни его эмоции?

– Милая моя, ты и так в отличном тонусе.

Да, наслышана от Дины насчёт того, как я выгляжу.

За последние годы я располнела, но при этом веду активный образ жизни, так что тонус у меня и правда хороший. В постели мы с мужем не остыли. Близость не такая частая, как в первые годы брака, но Антон ни на что не жалуется. Однако это ничего не доказывает. Люди способны совмещать несовместимое. Говорить одно, чувствовать другое, пользоваться человеком и при этом продолжать ложиться с ним в одну постель.

Да и кто знает, о ком и о чём Антон думает в моменты нашей близости.

Больно об этом думать, однако сейчас мне нужно быть именно такой, безжалостной к себе, чтобы не допустить рецидивов любви, которой все пользовались.

Хватит!

Я слишком долго ставила себя на последнее место.

– Как же мы без тебя решим насчёт машины? – заискивающе продолжает муж. – Ты ж наш важный человечек, мы без тебя не можем.

Дина подлизывается ко мне, изображает воздушные поцелуи около моей щеки.

– Леночка, ты обиделась, да? Это из-за того, что я в кроссовках сидела на диване и потом не убрала за собой? Каюсь, я свинья, но я постараюсь исправиться. Обещаю тебе! Всё, с завтрашнего дня я буду такая же аккуратная как ты, только пойдём с нами сегодня? – Хлопает глазами, изображая ангела.

Как же хочется показать им обоим запись! Однако для этого слишком рано.

**********

Следующая новинка литмоба - от Марии Шафран

Развод в 37. Уходи насовсем

—Правда или действие? — спрашиваю мужа, скрестив руки на груди.

— Правда, — отвечает и глазом не моргнёт.

— И давно ты её носишь на руках и целуешь? — говорю ровно, а у самой внутри все так и кипит.

— Это не то, что ты думаешь, — выдыхает он, проводя рукой по волосам.

— Тогда открой дверь в нашу спальню. И... запись с камеры.

Дом, где пахло кофе, теперь пахнет чужими духами. Я не устраиваю сцен, я включаю запись и собираю факты. Если он выбрал другую, пусть выбирает до конца. С вещами.

Я — врач и хоть любовь не диагноз, но лечить её буду честностью, даже если больно.

Я выбираю развод, себя и новую счастливую жизнь. А будет ли в моей жизни мужчина?

Обязательно будет, но только достойный!

10

Как говорится, за одним тянется другое.

Если начнёшь относиться к себе с любовью, то потом уже не остановиться.

Пошла на массаж, и меня так хорошо размяли и расслабили, что уходить не хотелось. Оказалось, что у мастера свободный час после меня, и я попросилась на чистку, массаж и маску лица, и потрясающе провела время. Даже вздремнула немного, что неудивительно, так как прошлую ночь посвятила стратегии дальнейшей жизни.

Вышла из салона такая голодная, что до дома не дойти. Да и зачем доходить, если дома меня ничего хорошего не ждёт? Вернутся безденежные покупатели машин и снова станут на меня давить, а зачем мне это?

Да и торопиться домой не нужно, никаких кладов там не спрятано. Моя зарплата теперь пойдёт на мой личный счёт. На наш общий я буду класть только деньги на еду и коммуналку. Деньги Антона идут туда же, и в итоге сумма будет приличная, но машину на неё не купишь, только если колесо и то не факт, что новое. Это если учитывать, о какой машине мечтает моя падчерица. Вкус у неё о-го-го какой и наглости не занимать.

До остальных денег Антону с Диной не добраться.

Если дело дойдёт до раздела имущества, тогда да, увы, муж получит своё. Но пока мы вроде как ничего не делим. Мы же одна семья, да?

Как они меня назвали? Их важный человечек?

Правду сказали. Не любимый «человечек», а именно что важный. Как же им без банкомата?

Помешиваю кофе и смотрю на прохожих за окном ресторана. Люди торопятся, хмурятся, ругаются... А я сижу посреди моего рушащегося брака и чувствую… облегчение.

Не счастье, нет, но облегчение точно. Словно мне наконец разрешили перестать тащить на себе двоих взрослых людей.

Впрочем, так и есть, только это разрешение я дала себе сама. Сама себя заставила, сама и освободила. Всё честно.