– За неделю?

Иллай кивнул, освободив дорогу к дому. При ходьбе его каменный бицепс задевал ее плечо, прикрытое одной лишь тонкой шелковой тканью халата.

– Я видел график заседаний суда. Наше слушание назначено на завтра, но его перенесут из-за неявки сторон. Хотя, кому я рассказываю. Ты и без меня отлично осведомлена. Нарядилась бы, словно сама невинность, утирала бы фальшивые слезы платочком, умоляя разорвать клятву, данную под давлением мужа-тирана, от которого ты чудом ноги унесла… Такой спектакль ты планировала? Или я что-то пропустил?

– Пропустил, – язвительно прошипела Бэан’на, подстрекаемая рабским артефактом. – Забыл про чистую и светлую любовь к Ол’кейне, с которым я намеревалась обручиться как можно скорее. Дабы страшный деспотичный муженек больше никогда не смог мне навредить.

У крыльца он резко развернулся к ней лицом:

– Даэр’аэ, я не тиран и не деспот. Но сдаться без боя… Ты моя жена. Королева. Ты любима народом. Повторное заседание, скорее всего, состоится через неделю. И в суд мы с тобой пойдем. Не передумаешь, продолжишь настаивать на разводе, будь по-твоему. Я приму поражение с достоинством. Захочешь остаться со мной в Эльсиноре, заберешь заявление, и мы вместе принесем уважаемым господам в мантиях наши с тобой глубочайшие извинения за то, что наши склоки вышли за пределы супружеской спальни и стали достоянием общественности.

Где-то на сердце ей стало немножечко легче. Неделя вдали от отца. От Ол’кейне и его лицемерной маменьки. В тепле, уюте, под боком у Иллая, который этой глупой выходкой с браслетом снял с ее плеч груз, что давил на нее так, словно пытался сравнять Бьянку с землей.

Груз ответственности за его жизнь, за судьбу Астории, за благополучие Эльсинора, Сильвенара. Сколько всего она тащила на своем хребту – не счесть. С детства пыталась доказать, что она достойна быть королевой, править драконьими островами, когда отец уйдет на покой. Что она не менее умна, чем братья, и способна мыслить наперед, просчитывая все ходы своего оппонента. Держать лицо, когда больно. Принимать непопулярные решения, рискуя обрушить на себя то гнев народа, то элиты.

Рабская побрякушка дала ей шанс вздохнуть спокойно… Отдать бразды правления в руки мужа. Ослабить контроль и прожить эту неделю так, будто кроме этого домика в кольце не существует ни мрака, ни света. Вообще ничего. А потом она уйдет, ведь Иллай никогда не нарушал данного им слова.

– Мы почти два года женаты. Что изменит неделя? – она подалась вперед инстинктивно, голос ее дрогнул.

В его огне она давно мечтала согреться. Когда, если не сейчас? Другой возможности не будет.

– Многое, Бэан’на. Ты самая находчивая лгунья, которую я только встречал, но я выведу тебя на чистую воду, – он склонился над ней, касаясь кончика ее носа своим. – Браслет не позволит тебе меня одурачить. Если ты что-то чувствуешь ко мне, я узнаю. Ты же хочешь, чтобы я тебя поцеловал… По глазам вижу.

– Хочу, – она почти коснулась его губ, но в последний момент оттолкнула мужа и взлетела по ступенькам – Но есть одно «но», Иллай Шерган. Ты путаешь похоть с любовью.

Самодовольная ухмылка на его лице дала ей неожиданный заряд бодрости. В запасе у нее было целых семь дней, и Бьянка себе поклялась, что он сам к ней приползет, умоляя о взаимности. И ей, в отличие от некоторых, рабская безделушка не понадобится.

Бэан’на Даэр’аэ она, в конце концов, или кто?

ГЛАВА 4. ПОХИЩЕНИЕ

Р ’ гар Даэр ’ аэ.

«Гениальный» замысел своего драгоценнейшего зятя Р’гар просчитал слишком поздно. Остолбенел с открытым ртом, когда поднялся за дочкой наверх и за дверью услышал возню. Ворвался внутрь, а там… Шерган, собственной персоной, Бьянка, окольцованная рабским артефактом, да портал, запрыгнуть в который, дабы придушить обнаглевшего мальчишку, он, что досадно, не успел. Замешкался, словно он не молодой дракон в самом расцвете сил, а почетный старикан, который без помощи слуг и по лестнице-то спуститься не может.

Иллаю, в целом, он симпатизировал. Толковый парень. Смышленый, дерзкий, находчивый. Справедливый, в меру милосердный. Достойный правитель Эльсинора. В пятнадцать лет пережил кровавую войну с соседним Килденгардом, потерял мать, отца, маленьких сестер-принцесс, но выстоял. Вернул трон, что принадлежал его семье веками, а потом и с Килденгардом разобрался. Бывшие захватчики стали вассалами молодого короля, хотя и сохранили свою независимость на бумаге.

Пожалуй, Р’гар мог бы с ним поладить, если бы не дочь. Как муж Бэан’ны Иллай Шерган его категорически не устраивал. Драконы, согласно легенде, сотворили мрак и сотворили свет, но из-за браков вроде этого, смешения кровей с другими расами, его народ почти вымер.

У таких пар рождались обыкновенные дети. Маги с крепким даром. Понятное дело, что исключения бывали, и способность обращаться зверем все же передавалась малышу от одного из родителей, но здесь другой случай.