Амалерия легонько свистнула, будто напевала мотив знакомой песни. В приоткрытую дверь из коридора просунулась белоснежная морда, а Иллай… Он чуть не запрыгнул обратно на кровать:

– Гончая мрака? Ты в своем уме?

Сдержался с великим трудом. Псина вроде этой пару лет назад чуть не оттяпала ему смачный кусок мяса от колена до бедра. Шрам на ноге у него остался и по сей день.

– Это еще не все, – Амалерия потупила взор и дернула дверь на себя. – Прости. Я не специально.

К первой морде присоединилась вторая. Такая же белая. Тощая, лапы длиннющие, шея – тоже. Шерсть короткая, гладкая. Глазищи, что кому-то показались грустными, жуткие! То ли синие, то ли белые. Полыхающие светом. Как пламя, раскаленное до предела.

Нападать «щеночки», правда, не спешили. Наоборот, растерянно озирались по сторонам, в комнату войти не решаясь. Иллай немного расслабился:

– Амалерия, я тебя, конечно, очень люблю. Но зачем ты их купила? Зачем? Куда мне их теперь девать? Меня и так народ демоном считает! Предлагаешь мне по Эльсинору с двумя гончими разгуливать? Чтоб уж точно сомнений ни у кого не возникало, что я отродье бесовское?

Отчасти демоном он был. Пусть и не по рождению. Его покойный отец – человек, владыка огня. Как и мама, его маленькие сестрички-близняшки, чьи жизни унесла война, и Кассея… Единственная, кто из рода Шерганов уцелел, кроме него. Но сам он едва не отправился вслед за родными по глупой случайности. Влюбленный в Амалерию маг-ледышка напал на него в академии со спины и перерезал ему горло отравленным кинжалом.

Этот шрам у него тоже остался, только его скрывал узор кровавой клятвы, которую принесла подруга детства, чтобы спасти Иллая от верной гибели. Астория Берлейн, внучка самого знаменитого демона всех времен и народов, разделила с ним свою жизнь, свой дар и свою тень.

С тех пор его магический резерв стал в разы скромнее, но в целом он прекрасно справлялся. Тем более что своенравный сгусток тьмы ему предпочитал хозяйку и почти его не беспокоил.

– Неужели тебе их не жалко? – Амалерия, присев на корточки, поманила псов к себе, и те ее послушались. – Торговец сказал, что отловил их специально для какого-то дракона. Тот, мол, где-то начитался, что в охоте гончим мрака равных нет, но они даже зайца загнать не в силах… Робкие, пугливые. Дракон и вернул их обратно. Ты погляди на них. Разве можно эту прелесть держать в клетке?

«Прелесть» на него косилась с опасением.

– Имена хоть у них есть?

– Есть. Булка и Белка.

– Булка и Белка? Это шутка?

Амалерия закусила губу, пытаясь подавить улыбку:

– Увы. У торговца скверное чувство юмора.

К ужасу Иллая, порождения мрака клички свои различали. Та, что покрупнее, с кривоватым ухом, очевидно, считала себя Белкой, а вторая, что поменьше, худая, как скелет, по иронии отзывалась на Булку.

– Хохотать над их именами будет весь Эльсинор, но да ладно. Жалко тебе, пусть остаются. Под твою ответственность. Вернемся домой, поселим их в западном крыле. Оно как раз пустует.

По миловидному личику его подруги пробежала тень сожаления:

– Иллай…

Псы ретировались под кровать. Дурное предчувствие ледяными иголками пронзило его сердце:

– Говори.

– Опусти меня. Когда закончим здесь.

– Почему?

– Потому что, Иллай, – теплая ладошка толкнула его в грудь, усадив на стул. Сбросив шубку, Амалерия устроилась у него на коленях. – Быть твоей любовницей – не предел моих мечтаний. Я не видела мир. Не бывала на Фьяльке, в Кессарийском Ханстве… В Сильвенаре я тоже впервые. Для меня даже зима, настоящая, такая, как здесь, в новинку. Про эльфийскую Авалькину вообще молчу. Попасть туда я грезила с детства.

Отпустить? Слишком больно.

– Я тебе сам все покажу.

– Когда? В перерывах между ссорами с женой? Разве я не заслуживаю счастья? Не заслуживаю быть любимой? Встретить однажды мужчину, который будет носить меня на руках? Меня одну! Выйти замуж в самом красивом в платье на свете? Родить и воспитать детей?

– Ты любима!

Тоненькие пальчики очертили его брови, откинув со лба непослушную прядь. К наличию волос на голове он никак не мог привыкнуть, ведь последние лет шесть Иллай брился налысо.

– Себе-то не лги. Я зла не держу. С тобой мне было хорошо. Даже на вторых ролях. В тени Даэр’аэ с ее фирменной придурью. Отпустишь? Пожалуйста. Я тебя никогда ни о чем не просила.

– Куда я денусь. Ты слишком долго прикрывала мне тыл, чтобы тебя неволить.

Ах, если бы он только знал, с кем она решит связать свою судьбу… Тотчас бы на рынок побежал за вторым рабским браслетом.

ГЛАВА 3. КОНТРОЛЬ

До последнего Бьянка надеялась, что выходка с браслетом – не всерьез. Иллай, конечно, редко думал о последствиях, но чтобы до такой степени… Кажется, план по спасению их брака благоверный склепал на коленке.