— Отлично. — Новак снял солнцезащитные очки, под которыми оказались тусклые карие глаза. — Хорошее решение, Джоэл, а хорошие решения — это именно то, как всё должно быть, потому что, если вдуматься, жизнь — это и есть решения. Во многом принимаемые нами решения определяют то, какой жизнью мы в итоге живём, — ты согласен, Джоэл?

Ледяной ветер хлестнул по зданию, пробился сквозь многочисленные щели и проломы, закружив мусор и обломки. Джоэл был уверен, что не согреется никогда. Новак продолжал улыбаться ему, как сумасшедший с обложки каталога, ожидая ответа. — Да, — сказал Джоэл. — Согласен.

— Отлично, потому что, как выясняется, прямо сейчас тебе предстоит принять очень важное решение, Джоэл. — Новак незаметно придвинулся ближе. — Ты можешь вернуться в Мэн, к своей тихой, спокойной жизни с красивой, любящей женой, толстым лысоватым приятелем и симпатичной работёнкой. Или можешь остаться здесь и продолжать делать то, что вредно для твоего здоровья и благополучия — а может, и для их тоже. Хочу, чтобы ты обдумал это, Джоэл. Обдумал очень тщательно. Ты можешь это сделать? Очень тщательно обдумать, Джоэл?

— Угрожайте мне сколько угодно, — ответил ему Джоэл. — Но жену не трогайте. Мне плевать, кто вы такие.

Новак обменялся взглядом с Кавоном. — Вот это огорчение, Джоэл. Я ведь только что просил тебя слушать, не правда ли? Разве я не просил слушать, а потом очень тщательно подумать? Боже мой, разве я выразился недостаточно ясно?

Не дав Джоэлу ответить, Кавон шагнул вперёд и ударил его ногой в живот. Удар был такой силы, что у Джоэла перехватило дыхание, а по телу от живота до груди полоснула резкая, режущая боль.

Пока он задыхался и заваливался набок, Кавон схватил его за плечи и с силой швырнул спиной о стену, затем отпустил — сидеть самостоятельно. Джоэл качнулся, но устоял.

Барни залился хохотом и вернулся к еде.

— Решения, — сказал Новак. — Всё дело в хороших решениях, Джоэл.

Дыхание постепенно возвращалось, острая боль сменялась тупой в нижней части живота. — Это то, что вы сделали с Лонни? Угрожали ему тоже? Убили его, когда он не захотел оставить всё в покое?

Кавон сделал шаг к нему, но Новак остановил его быстрым покачиванием головы. — Джоэл, — произнёс Новак, — я хочу, чтобы ты внимательно огляделся. Можешь это сделать?

Джоэл вместо этого пронзил его взглядом.

— Видишь, где ты находишься, Джоэл? — спросил Новак. — Мы посреди города — и вместе с тем в полном нигде, не правда ли? Боюсь, взрослый мужчина мог бы орать здесь о помощи во всю глотку — и никто бы его не услышал. Осмелюсь предположить: человек мог бы исчезнуть на такой дороге, среди всех этих потаённых закутков в этих огромных старых зданиях, — и никто бы его не нашёл. Разве что крысы, верно, Барни?

Бездомный был так поглощён своим рагу, что не ответил.

— Если вдуматься — жутковато, — сказал Новак. — Ты уже думаешь об этом, Джоэл? Попробуй. Подумай — и посмотрим, к чему ты придёшь. Как тебе?

Боль наконец стала отступать, и Джоэл выпрямил спину, оставаясь сидеть. — Вы меня не убьёте. Слишком много людей знает, что я здесь занимаюсь расследованием. Если я тоже окажусь убитым — это будет уже невозможно объяснить.

— Убитым? Я не припомню, чтобы говорил что-то в этом роде. — Новак посмотрел на напарника. — Господин Кавон, вы помните, чтобы я говорил что-то в этом роде?

Кавон покачал головой.

— Кто вы? — настаивал Джоэл. — На кого работаете? На Tuser Industries? На правительство? На кого?

Свободной рукой Кавон влепил жестокий апперкот в челюсть Джоэла.

Зубы клацнули, голова откинулась назад и ударилась о стену, он вскрикнул, согнулся и повалился вперёд — прямо в подставленные руки Кавона. Тот поставил его обратно, прислонив к стене. Джоэл кашлял и давился, пытаясь отдышаться, — тошнота и жуткая боль разбегались вдоль всей линии челюсти, отдаваясь в висках.

— Кстати, — произнёс Новак, — мне понадобится твой телефон. Хорошо, Джоэл?

— У меня его нет, — сказал он — челюсть болела и похрустывала, затылок пульсировал. — Оставил в гостинице.

Кавон запустил широкую ладонь в карман куртки Джоэла, выдернул телефон и передал Новаку.

— Ну и хитрец же ты. Я так и чувствовал, разбойник. — Новак провёл пальцем по экрану. — Посмотрим. Стоп... и... удалить. Отдаю его обратно, Джоэл, — знаю, какая нынче дорогая эта штука и как мы все к ней привязываемся. Но если ты снова попробуешь подобный фокус, господин Кавон разнесёт её на мелкие-мелкие кусочки, договорились?

Наконец сумев снова сидеть прямо, Джоэл принял обратно протянутый телефон и убрал в карман, не спуская настороженного взгляда с Кавона. В своё время он повидал немало драк, но никто и никогда не бил его с такой силой.

— Вот в чём суть, Джоэл. — Новак присел перед ним на корточки, взял Джоэла за подбородок и мягко поднял его голову — пока они не встретились взглядами. — Как я и говорил, всё дело в правильных решениях.

Кавон подобрался к Барни, но старик, похоже, этого не заметил.