Андер тоже был доволен. Уж не знаю, до чего они с отцом договорились, но, похоже, Кергар это устраивало в той же степени, что и Айлу. Вероятно, этим и объяснялась любезность двоюродного брата императора, пожелавшего лично выступить в роли экскурсовода. Признаться, с добровольно взятой на себя обязанностью он справлялся блестяще. Андер вдохновенно рассказывал об Освободительной Войне, о первом императоре Кергара, получившем гордое звание Великий, и о закладке новой столицы одновременно с дворцовым комплексом.

— Правда, что Грасор строили военнопленные? — как бы невзначай поинтересовался отец.

— Инго, — не стал увиливать Андер. — В Кергаре их тогда образовались миллионы. Но за время строительства, лоу Келао, не погиб ни один человек. Император Ало́нсо очень строго наказывал тех, кто проявлял жестокость по отношению к инго. Сам дворец закончили гораздо позже, спустя сорок лет после войны. Мой прадед здесь практически не жил: он предпочитал небольшой домик, где сейчас находится посвящённый ему музей.

Несмотря на свою более чем примечательную историю, императорский дворец не вызвал у меня должного восторга. Слишком пафосный и неуютный. Холодная зелёно-голубая гамма усиливала ощущение зябкости, бесконечные коридоры превращали здание в огромный каменный лабиринт. От невероятного количества мраморных колонн рябило в глазах, одна галерея была как две капли воды похожа на другую: затянутые бледным шёлком стены, почти незаметные потолочные росписи, скучные белые вазы и много-много золота.

К тому же, как я подметила ещё вчера, здесь присутствовало чересчур много народу. В гостевом крыле это не чувствовалось, но стоило выйти за его пределы — и мы оказались в плотной толпе. Солидные льены в строгих тёмных костюмах, взвинченные молодые люди с папками в руках, служащие в униформе, элегантные деловые дамы, напыщенные важные персоны, окружённые собственной свитой… Все куда-то неслись, на бегу обмениваясь кивками и короткими приветствиями. У некоторых дверей вытянулись длинные очереди, словно желающим там раздавали награды и премии. Нас не затолкали лишь благодаря присутствию брата императора. Его узнавали издали, расступались, низко кланялись, пару раз пытались заговорить, он вежливо наклонял голову и не останавливался. Закрытые для посторонних парадные залы, библиотека и картинная галерея после суеты присутственной части оглушили тишиной. Напоследок Андер привёл нас в зимний сад на последнем этаже, знакомые тропические растения в кадках окончательно меня разочаровали. В чужом неблагоприятном климате они не вырастали и казались миниатюрными копиями себя настоящих.

Обратно мы возвращались через открытую галерею. Внизу зеленела узкая полоска газона и цвели алые розы. За чугунной оградой начинался город. Я замерла в немом восторге. Грасор оказался невероятно красив. Совсем не такой, каким выглядел дождливым днём из затонированного окна машины, на которой мы вчера прибыли в столицу. Там я видела лишь непрерывный поток транспорта, первые этажи домов и аляповатые витрины магазинов. С высоты открылись перспективы широких проспектов и площадей, строгие ансамбли зданий и устремлённые ввысь башенки со шпилями. В лучах северного солнца Грасор сиял, свет отражали отполированные до блеска стены из тёплого охристого камня и стёкла необычного золотистого оттенка.

Андер неожиданно склонился к самому моему уху.

— Вам нравится столица Кергара? — шепнул он на имперском.

Нравится?! Я влюбилась с первого взгляда — в сияющий золотой город, гармоничный и размеренный, завораживающий простором и ширью, разлетающийся ровными дорогами, тающий в лёгкой дымке на горизонте.

— Очень.

Он тихонько рассмеялся.

— Признáюсь, лоу Илайя, мне необычайно приятно это слышать. Я истово люблю нашу столицу, всегда гордился тем, что её основал мой прадедушка.

Сзади, привлекая внимание, кашлянул отец. Пришлось оторваться от чудесного солнечного вида и вновь окунуться в холодную роскошь дворца. Андер довёл нас до двери гостевых покоев и распрощался.

— О чём вы разговаривали? — тут же спросила Лиара.

— Льен Андер спросил, нравится ли мне Грасор.

— Чему здесь нравиться — сплошные углы и прямые линии, — проворчала сестра. — Все здания одинаковые, выйдешь из дома и заблудишься… Ия, такое чувство, что Андер положил на тебя глаз.

— Не болтай ерунды, — вмешался отец. — Обычная вежливость — а ты уже вообразила невесть что! Тем более Андер Ренир женат.

— Жена — не стена, подвинется, — Лиара бросила взгляд на часы. — Ого! Половина второго! То-то я так проголодалась. Смотрите, нам оставили послание! Смешные эти имперцы: не проще ли прислать слугу или кто там у них? Папа, что пишут?

— Тебе придётся потерпеть ещё полчаса, — отец протянул сестре плотную белую с золотом карточку. — Сегодня мы обедаем с императором.

— Кажется, у меня пропал аппетит, — Лиара умоляюще посмотрела на отца. — Папочка, ты же объяснишь Бергану, что я плохо себя чувствую?