— Как я и говорила, — сказала я мёртвым голосом, — у тебя мои записи.

***

 

— Как прошла твоя встреча? — спросила мама по дороге домой. — Тебе понравился новый доктор?

— Прошло нормально, — ответила я, безжизненно глядя в окно машины. — Она была милая.

— И она довольна твоим прогрессом? — продолжала она, лавируя в обеденном трафике. — Никаких изменений в лекарствах?

— Нет. — Я сдержала желание закричать. — Всё нормально.

— О, дорогая. — Мама потянулась через консоль и сжала моё колено.

— Я так рада это слышать.

— Да, мама, — прошептала я. — Я знаю.

— Она дала советы, как справляться со школой на следующей неделе?

Или техники, если будет тяжело?

— Мне не будет тяжело, мама, — вздохнула я. — Я не нервничаю. — Я знаю, дорогая, — мягко сказала она. — Но это большое изменение, и ты знаешь, что перемены могут расстроить настроение. Да, я знала, но с этим было мало что можно сделать. Я не могла вырезать из себя биполярное расстройство, как её врачи вырезали рак у неё. Это часть меня. — Я справлюсь.

— Я горжусь тобой, Лиззи. Надеюсь, ты это знаешь.

Да, но я этого не заслуживаю. Её гордость была ошибочной, потому что если бы она знала настоящую меня, она бы не гордилась. Если бы она знала мои плохие мысли или то, чего я жажду, её бы это оттолкнуло. — Я тоже горжусь тобой, мама.

— О чём ещё вы говорили на приёме?

— Обычные вещи, — я сдалась с ещё одним вздохом. — Как я сплю? Как я себя чувствую? Помогают ли новые лекарства? Ах да, она спросила про мои кошмары.

Мама поморщилась.

— Они всё ещё случаются?

Каждую ночь. — Они не такие ужасные, как раньше.

— Это приятно слышать, дорогая.

— Но у меня есть один сон, — я решила рассказать ей. — Про, ну, про неё.

Выражение мамы помрачнело.

— О?

— Да. — Я глубоко проглотила и спросила: — Мы раньше жили где-то ещё?

— Ты же знаешь, да, дорогая. Мы жили в Типперари.

— Нет, не в Типперари, — я пробормотала, сбитая с толку. — Где-то дальше. Где нам пришлось бы лететь.

Мама нахмурилась.

— О чём ты говоришь?

— Во сне я в самолёте, — выдохнула я с раздражением. — Вся семья. Мы летим куда-то, и Кива выглядит очень счастливой, и я думаю, что я тоже. Но как только самолёт приземляется, я просыпаюсь.

— Может, это воспоминания о нашем отпуске?

— Нет. — Я покачала головой, нахмурившись. — Не думаю.

— Тогда не волнуйся, дорогая, — улыбнулась она бодро. — Это просто сон.

— Да, — я пробормотала, тайно впиваясь пальцами в кожу, чтобы успокоить растущее беспокойство.

В этот момент зазвонил телефон, и я быстро достала его из кармана и открыла непрочитанное сообщение. Как только я увидела его имя на экране, во мне вспыхнуло волнение. Я ожила.

Ещё четыре дня. x

Внезапный прилив тепла окатил меня, потому что я точно знала, что значит это загадочное сообщение. Сердце билось бешено, и я рвалась ответить.

Вернись с лагеря по плаванию пораньше. Мы можем начать заранее. x

Затаив дыхание, я уставилась в экран и ждала ответа, а когда телефон снова зазвонил через пару секунд, я дрожала от радости.

Застрял в Керри до воскресенья. x

Сдерживая вздох разочарования, я написала новое сообщение. Значит, увидимся только в школе в понедельник. x Ответ пришёл мгновенно. Не волнуйся. Я всё исправлю. ;) x Улыбаясь, я ответила.

Как? x

Телефон зазвонил через десять секунд.

Много прикосновений ;) x

Сердце ухнуло в груди, и я дьявольски усмехнулась, отправляя ответ.

НАКОНЕЦ-ТО. x

— Ну, есть только один человек, кто может так тебя заставить улыбаться, — засмеялась мама. — Так что я не удивлена.

— Хмм? — я смутилась, быстро сунула телефон в карман и выдохнула дрожащим дыханием. — О, это Хью.

— Да, дорогая, — задумчиво произнесла мама. — Я поняла. — Он не вернётся из лагеря до воскресенья, — сказала я, сердце всё ещё бешено колотилось, — так что мы не увидимся до школы. — О, нет! — сделала мама притворное удивление. — Как же вы с ним проживёте без друг друга?

— Он уже неделю отсутствует, — напомнила я с раздражением. — Семь дней, мама.

— Ну, тогда уверена, ты выживешь ещё четыре дня без своего возлюбленного, — мама рассмеялась без сочувствия. — Я, правда, тоже скучаю по нему дома, хотя и не настолько, как твой отец. Да, я тихо была уверена, что мой отец любит моего парня больше, чем меня.

Дома всё было напряжённо — отношения родителей трещали по швам с тех пор, как состоялись похороны, но отец действительно выходил из плохого настроения, когда появлялся Хью.

Мама говорила, что это потому, что ему нравится, когда в доме есть ещё один мужчина, но я знала правду.