Я говорю ей убрать свою вонючую камеру с меня. Наверное, я всё ещё злился, что не попал в эфир. Я думал, что больше всего на свете хотел бы иметь такое же пиксельное лицо, как у Дэззла: это бы сделало меня настоящим членом «Пятерни» без всяких сомнений! Джеки говорит своей мамаше, что она, может быть, смогла бы «распикселить» Дэззла, учитывая технологии, которые можно стащить из магазина. Родители, конечно, отказали. Им, видимо, нравилось, что их мальчика скрыли, хотя они и пожаловались, что ему следовало бы надеть свою балаклавку, доставшуюся от его дорогого, ныне заключённого, дяди. Никто, кажется, не был обеспокоен тем, что Дэззла арестовали, — это всё часть семейной традиции.

Позже, когда выпивка была почти на исходе, Джеки возвращает мне диск с «маршрутом полёта», сказав, что держать его дома слишком опасно, потому что на нём есть маячок. Я спрашиваю, что она имеет в виду, и она говорит, что шесть попыток ввода пароля активировали сигнал, пошедший по сетевым каналам, так что владельцы скоро узнают, где он находится.

— Это софт типа «Экзосет», — сказала она. — И твой компьютер — цель. Мне удалось вовремя скрыть свой адрес.

— А мой не можешь скрыть? Не можешь?

— Поздно, Мелв. Они уже идут за тобой.

Я думаю, она просто пыталась меня напугать, потому что была пьяна не меньше меня, но тут отец говорит, что днём действительно кто-то приходил, спрашивал, есть ли в доме дети.

— Что? — Я изо всех сил стараюсь не показать, как напуган.

— Не волнуйся, — говорит отец. — Я послал их куда подальше.

— Их?

— Ага. Женщина и какой-то пакистанец.

Отец смеётся надо мной, и мне кажется, к этому моменту смеётся надо мной вся вечеринка, даже мама. Так что по дороге домой, проезжая под дождём, я бросаю диск в ливневый сток. Может, это было очень глупо, не знаю, но всё время я ожидал, что из переулка выедет потрёпанная красная «Мини». А придя домой, первым делом стёр копию «Маршрута 5.02» с жёсткого диска.

Я заснул спустя часы лежания в темноте, глядя на настоящее перо, которое искрилось даже в темноте, и мне приснился славный сон: я мчусь по торговому центру, без маски, позирую камерам наблюдения, на полной скорости, чтобы спасти от охранников не только Мачстика, но и самого Дэззла, который на следующий день у ямы назначил меня своим новым помощником. Флют поцеловала меня, Мачстик повторял мои слова, а Спайк был рад слушаться меня. Он даже поменялся со мной великами!

Я просыпаюсь рано, засовываю перо в поясную сумку — будто не могу с ним расстаться. Конечно, когда я добрался до ямы, там ждал только Мачстик, сидевший рядом со своим велосипедом.

— Где Спайк и Флют? — спросил я.

— Не знаю, — ответил он. — Я жду Дэззла.

Я заметил тогда, что велик Дэззла лежит под велосипедом Мачстика.

— Дэззл сегодня не придёт, — сказал я.

— Не придёт? Нет. Он всегда приходит. Смотри, я забрал его велик. Вернулся за ним после того, как менты его забрали. Я молодец, Мелвин?

— Ты просто молодец, Стик.

— Дэззла не могут арестовать. Он бы такого не допустил. Дэззл скоро будет здесь. Ты подождёшь со мной?

— Мачстик, я не могу. Я иду в школу.

— В школу?

— Да. А ты что, не пойдёшь со мной?

Но он не пошёл бы, так что я оставил бедного парня просто сидеть там — что ещё я мог сделать? Но когда я выбрался наверх, я вижу: по пустырю ко мне едет та самая потрёпанная красная «Мини». Я уже готов включить скоростную передачу, но внезапно не могу. Будто все силы меня покинули, как случилось с Крази Мак Робокотом в той серии с гигантской змеёй Вихрем-Стирателем. Я просто сижу там, оседлав свой велик, и жду, когда машина подъедет ко мне. Наверное, я хотел поставить точку, потому что что ещё могло пойти не так?

Короче, «Мини» останавливается, и я вижу женщину на пассажирском сиденье и пакистанца рядом с ней. Из машины выходит он, женщина просто остаётся сидеть, будто она главный босс или вроде того, будто она Дэззл при Спайке.

Пока мужчина идёт ко мне, я слышу, как сзади подъезжает Мачстик.

— Кто это, Мелв? — спрашивает он.

Я говорю ему не бояться, спускаться обратно в яму, садиться на велик. Но он не слушается, просто стоит и ждёт.

— Где оно? — говорит мужчина.

Я мотаю головой, смахиваю пот.

— Ну же.

— Выбросил, — отвечаю я.

— Лучше бы не делал этого.

— Да. В ливнёвку.

Теперь он злится, делает шаг вперёд. Мачстик внезапно исчезает, не знаю куда. Остаёмся только мы с этим мужчиной, и его лицо оказывается прямо перед моим, а руки крепко хватают руль — я думаю, он сейчас сбросит меня.

— В ливнёвку! — кричу я. — И стёр с жёсткого диска.

— Не диск, пацан. Перо.

— Перо?

— Ну же! Где перо?

Теперь он хватает меня за плечи, и я думаю: что за дела из-за какого-то дурацкого кусочка с мёртвой птицы? Так что я кричу, чтобы он отстал и оставил меня в покое, одновременно пытаясь высвободиться вместе с великом, пока он не швыряет нас обоих — то есть меня и велик — в сторону. Я падаю, велосипед наполовину на мне, а когда встаю, то поднимаю и его, всю эту штуку в две руки, просто поднимаю и швыряю в него.

Да!

Попадание точно в цель.