Каждое такое прикосновение заставляло его вздрагивать всем телом.

Держала тот же медленный, мучительный ритм, наблюдая, как его дыхание становилось прерывистым. Живот напрягался. Пальцы судорожно сжимали простыню.

Он смотрел на меня, губы приоткрыты, на висках выступили капли пота. И я знала: еще немного такой медленной пытки – и он начнет умолять вслух. Только тогда я, возможно, решу, дать ли ему то, чего он так отчаянно хочет.

Или заставлю ждать еще дольше.

Глава 65

Я не переставала двигать руками – медленно, уверенно, как знала каждый его нерв. А потом сложила большой и указательный пальцы тугим кольцом и обхватила его мошонку. Сжала. Отпустила. Снова сжала – уже сильнее, играясь с его яичками, как проверяла, как долго он сможет выдержать.

Влад резко вдохнул, зажмурился, голова откинулась назад, а из горла вырвался низкий, хриплый стон – такой, от которого у меня самой все сжалось внутри. Я слышала, как ломается его дыхание, как напрягаются мышцы на животе каждый раз, когда я сжимала сильнее.

Еще минута – и : он уже на грани. Головка стала твердой, как камень. За мгновение до того, как он должен был взорваться, я просто убрала руку.

Влад издал звук – смесь отчаяния и ярости, что-то среднее между «блядь, нет» и «ты серьезно?». Тело дернулось вперед – хотело догнать мою ладонь.

Я улыбнулась. И начала снова.

Трижды. Три проклятых раза я доводила его до самого края. И каждый раз убирала руку именно тогда, когда он был готов кончить.

На четвертый раз у него сдали нервы.

Рр-раз – и ленты, которыми я его «связала», просто порвались (то ли он их порвал, то ли я плохо завязала – уже не важно). Мгновение – и я уже на спине, а он навис сверху, глаза темные, дыхание горячее и рваное.

Трусики с меня слетели за секунду – Влад просто дернул их вниз, и они полетели куда-то в сторону. А потом – резкий, глубокий толчок.

Влад вошел одним движением, до самого конца.

Я охнула – громко, не сдержавшись. Хорошо, что я уже была такой мокрой, что даже стыдно. Иначе было бы больно. А так – так было только резко, горячо и невероятно приятно.

– Контролировать меня тебе понравилось, да? – прохрипел он. – Тогда сейчас почувствуешь, каково это – когда я контролирую тебя.

Влад замер на секунду, словно сам не верил, что наконец внутри, а потом начал двигаться – жестко, быстро, словно мстил за все те три «нет». Каждый толчок выбивал воздух из легких, я хваталась за его плечи, ногти впивались в кожу, оставляя красные полумесяцы.

А мне это нравилось. Очень. Даже больше, чем ему.

Влад схватил мои запястья одной рукой, прижал их над головой к подушке. Второй рукой взял за бедро, закинул мою ногу себе на плечо – так глубже, еще глубже. Я выгнулась, выкрикнула что-то невразумительное. Да, когда он задел ту самую точку внутри, которая заставляла все тело дрожать и сжиматься вокруг него.

– Вот так тебе нравится, да? – выдохнул он мне прямо в губы, не целуя, а просто дыша в рот, словно забирая мой воздух себе. – Дразнить меня... доводить... а потом стонать, когда я уже в тебе...

Я не успела ответить – только кивнула, потому что следующий толчок был таким сильным, что в глазах потемнело. Он почувствовал, как я сжалась вокруг него, как стала еще более мокрой (если это вообще возможно), и тогда уже совсем перестал себя контролировать.

Быстро. Жестко. Глубоко.

Кровать скрипела, я слышала, как стучит его сердце – или мое, уже не разберешь. Его свободная рука скользнула вниз, большой палец нашел клитор и начал тереть – не нежно, а именно так, как нужно, когда уже все горит и хочется либо кончить, либо умереть от этого.

– Влад... я... – голос сорвался, перешел в высокий, надрывный стон.

– Теперь моя очередь, – прошептал он мне в ухо, голос низкий, с хриплым удовлетворением. – Ты меня долго мучила... теперь посмотри, каково это – когда кто-то другой решает, когда тебе можно кончить.

Я выгнула спину, пытаясь подтолкнуть его глубже, но он замер, держа меня за бедра так крепко, что пальцы впивались в кожу.

– Не-не, – хищно улыбнулся Влад. – Двигаться будешь только тогда, когда я разрешу.

И начал – играть.

Глава 66

его медленные, глубокие толчки – именно такие, что доводили до края. Каждый раз, когда я ощущала, что вот-вот кончу, Влад останавливался. Просто замирал внутри, не двигаясь, и ждал, пока волна спадет.

Я застонала от отчаяния, попробовала сама пошевелить бедрами – он только сильнее сжал меня, прижав к матрасу.

– Не смей, – рыкнул тихо, но с такой интонацией, что по коже побежали мурашки. – Кончишь, когда я скажу. Или не кончишь вообще.

Он наклонился, его грудь прижалась к моей, губы коснулись шеи. Одной рукой он обхватил левую грудь.

Другой рукой спустился вниз, пальцы нашли клитор и начали тереть – медленно, кругами, идеальным давлением. Именно так, как мне нравилось.