Я повернула голову, посмотрела на него через плечо.

– Вынь... – голос сорвался, стал совсем тихим. – Пожалуйста. Уже довольно.

Он коротко кивнул. Пальцы осторожно взялись за основание. Потянул – медленно, плавно. она растягивала, давила, а потом резко освободила. Тихо вскрикнула от внезапной пустоты. Ноги подкосились, но Влад мгновенно подхватил меня за талию, притянул к себе.

– Хорошая девочка, – прошептал, голос дрогнул на последнем слове.

Повернул меня лицом к себе. Обнял – крепко, но уже не властно, а просто как он, который боится отпустить.

Я прижалась к нему, закрыла глаза и просто слушала, как стучало его сердце – быстро, неровно. Его руки лежали на моей спине – не сжимали, не приказывали. Просто держали. Тепло кожи. Знакомый запах. И одновременно что-то новое – словно мы только что коснулись друг друга не только телами, но и чем-то намного более глубоким.

Глава 60

Мы лежали, обнявшись. Влад медленно водил рукой по моей спине, иногда останавливаясь на талии. А я разглядывала его татуировку и проводила по ней пальцами, словно читала что-то невидимое.

– Кстати... ты так и не рассказала о своем детстве, – тихо сказал он. Голос был немного хриплый, но уже без той холодной стали. – Я знаю только о брате и родителях. А до этого? Как ты росла? Что любила? Чего боялась?

Я криво усмехнулась и выдохнула.

– Ну... – прижалась к нему поближе и положила руку поверх его. – Обычное детство. До пятнадцати лет – даже счастливое.

На миг зажмурилась, словно вернулась туда.

– Папа работал на заводе, мама была бухгалтером. Они всегда были вместе. Папа по пятницам приносил маме цветы... не какие-то дорогие, а простые – с рынка, а мне какие-нибудь конфеты. А мама готовила ему гречку с тушенкой – его любимую.

Тихо улыбнулась.

– Я любила сидеть с ними за столом и слушать, как они ссорятся из-за мелочей, а через пять минут уже мирятся. Папа читал мне перед сном сказки... но чаще рассказывал свои истории – из армии, с работы. И я тогда думала, что так живут все. Что это нормально: папа, мама, ужин, объятия...

Я замолчала на секунду. В груди что-то неприятно сжалось.

– А потом родился Ромка... и все как-то изменилось.

Провела пальцем по его татуировке на руке, чтобы не смотреть ему в глаза.

– Мама стала совсем другой. Начался тотальный контроль. Никуда не ходи, с мальчишками не гуляй, с девчонками тоже почти не пускали – «лучше с малым сиди, готовься к ЕГЭ». А мама тем временем могла пойти с подругой в кафе и вернуться поздно вечером. А как я хотела куда-то пойти, начинались истерики, крики, что я эгоистка, что брат маленький, а я думаю только о себе.

Вздохнула.

– Потом я закончила школу. Хотела уехать учиться после одиннадцатого... но родители начали давить. В итоге я осталась в нашем городке и поступила в колледж на повара-кондитера.

Я тихо фыркнула.

– Даже когда я закончила учебу, ничего не изменилось. Тот же контроль. Я работала в местном кафе официанткой... и однажды просто не выдержала.

Подняла глаза на Влада.

– Подруга сказала: «Поехали в Москву». И я согласилась.

– Вот так просто? – тихо спросил он.

Я едва улыбнулась.

– Не совсем просто. Мы сначала нашли общежитие, потом работу... – я провела пальцем по его татуировке. – Нас взяли в бутик. В твой, кстати.

Влад тихо хмыкнул.

– Вот оно как.

– Мы поехали вдвоем, – продолжила я. – Я даже ничего не сказала родителям. Потому что знала: они будут против. Начнут отговаривать, пугать... и я просто не поеду.

Я на секунду замолчала.

– Поэтому я молча собрала вещи и поехала.

Влад внимательно смотрел на меня.

– И когда они узнали?

Я вздохнула.

– Когда я уже была в Москве. Позвонила им сама.

Его бровь немного поднялась.

– Представляю их реакцию.

Тихо выдохнула.

– Они были в шоке. Сначала мама кричала. Потом папа начал говорить, что я безответственная, что в столице меня обдурят, и я вернусь через неделю.

Я нервно сжала пальцы.

– Начались постоянные ссоры по телефону. И самое худшее... все это слышал Ромка.

Влад ничего не сказал, но его рука на моей спине стала двигаться медленнее.

– Он очень переживал. Потом заболел. А у папы... прихватило сердце.

Я сглотнула.

– Меня тогда уволили из бутика, и я только начинала работать официанткой. А зарплата, сам понимаешь. На квартиру, на еду – и все.

Горько усмехнулась.

– Поэтому я взяла кредит. Сначала один... на пятьдесят тысяч. Потом второй, потому что не хватало. Думала, отработаю, закрою... А оно только нарастало.

Я тихо выдохнула, глядя куда-то ему в грудь.

– Знаешь, иногда просыпаюсь ночью и думаю... если бы я не уехала, может, все было бы по-другому. Папу бы не разбил инсульт, а Ромка не заболел.

На секунду замолчала.

– Но в то же время... если бы я не уехала, я бы сгнила в том городке.