Наши взгляды сталкиваются.

Он попался и знает это.

Я резко двигаюсь, но, к собственному удивлению, не в его сторону.

Адреналин заглушает боль в колене, пока я бегу к окну, через которое залез Риз. Я взбираюсь не так ловко, как он, но все же оказываюсь внутри в рекордное время.

— Риз!

Он тащит бессознательного Бена к неподвижному телу Торна на полу. За ними – возвышение, возможно, когда-то бывшее боксерским рингом. Теперь оно полностью объято пламенем.

Нет.

Сквозь хриплый кашель он кричит:

— Вернись, блядь, в машину!

Затем снова кашляет. Дым клубится вокруг них. Я действую быстро.

— Оставайся там! Не двигайся!

— Брайар…

Я спрыгиваю вниз, проклиная боль, пронзающую ногу. Добегаю до его машины за считанные секунды, хотя кажется, что прошли часы. Затем запрыгиваю на водительское сиденье и поворачиваю ключ в замке зажигания.

Двигатель оживает, и я быстро пристегиваюсь.

Я не позволю никому пережить тот кошмар, что пережила я. Их футбольные мечты рухнут, если они получат травмы. И это не говоря уже о том, что они могут умереть.

Я подавляю панику и призраков прошлого, сдаю назад, а затем выворачиваю руль, пока передний бампер машины Риза не оказывается направлен прямо на вход в здание.

Им нужен выход, и я им его дам.

Сирены все ближе, но пожарные не успеют.

Пламя или дым убьют их раньше, чем они смогут выбраться.

Я рассылаю видео, где Стивен прячется, как трус, в лесу, всем, кого знаю.

Затем отправляю голосовое сообщение Торну – в надежде, что если я не выживу, то хотя бы он спасется. Мой голос дрожит:

— Я люблю тебя, Кассиус.

Я сжимаю пальцы на руле, глубоко вдыхаю и вдавливаю педаль газа в пол.

41.ТОРН

Всё болит. Сердце колотится так громко, что заглушает все остальные звуки. Но потом я слышу тихий плач. Как будто лопнул пузырь, и звуки возвращаются. Я с усилием открываю глаза.

Больница. Ее легко узнать по одному только запаху, но тихий писк мониторов и жужжание аппаратов подтверждают догадку. Плюс флуоресцентные лампы на потолке, в данный момент выключенные. Солнечный свет проникает через окно слева от меня.

— О боже, — рыдает знакомый голос. — Он мог умереть.

Я моргаю. Мыслительный процесс идет туго, и мне требуется мгновение, чтобы понять, кто так крепко сжимает мою руку. По коже ползут мурашки, и я отдергиваю ее.

Инстинктивно.

— Детка, — всхлипывает она. — Ты в порядке. Все будет хорошо. Твои родители уже в пути, они попросили меня составить тебе компанию.

Ее лицо кажется знакомым, но я никак не могу вспомнить ее имя. Я пристально разглядываю ее – светлые волосы, вздернутый нос, явно сделанные губы.

Все это так не похоже на единственного человека, которого я хочу видеть.

— Где Брайар? — Мой голос хриплый и скрипучий, каждое слово дается с трудом. Невыносимая боль разливается по горлу, как будто я глотал стекло.

— Ш-ш-ш, — она снова тянется к моей руке.

Я отстраняюсь, задеваю пульт и в панике нащупываю большую красную кнопку вызова. Взгляд устремляется в потолок, я пытаюсь сглотнуть.

Боль в горле усиливается.

На глазах проступают слезы.

— Все будет хорошо, — повторяет девушка.

Ее гребаное имя не имеет значения. Она – не Брайар.

Наконец появляется медсестра. Она просит девушку отойти и приближается ко мне, проверяя показания приборов. Нажимает кнопку на кровати, и я медленно приподнимаюсь.

— Брайар? — шепчу я.

Медсестра качает головой и берет стакан с водой. Она подносит трубочку к моим губам, и холодная вода одновременно причиняет боль и приносит облегчение.

— Как...

— Я не могу сообщать информацию о других пациентах, если вы не родственники. — Ее взгляд смягчается. — Мне очень жаль. Как Вы себя чувствуете?

— Как будто меня переехал грузовик.

— Скоро Вам дадут следующую дозу обезболивающего. Врач заглянет в ближайшее время. А это Ваша вторая половинка? — Медсестра указывает на девушку. — Она сказала, что вы помолвлены.

Сердце пропускает удар, и я резко трясу головой. Волна головокружения накатывает на меня.

— Точно нет. Я даже не знаю, как её зовут.

Медсестра замирает.

— Вы понимаете, где находитесь?

— Больница. Предположительно, в Шэдоу Вэлли.

Она кивает.

— Ваше имя?

— Кассиус Ремингтон Торн. Третий.

— А сегодняшняя дата?

Я называю число.

— Вас держали на ИВЛ два дня. Сейчас пятница. Но в остальном Вы правы. — Она поворачивается к плачущей девушке. — Мисс, мне жаль, но Вам нельзя находиться здесь. Пожалуйста, пройдемте со мной.

Медсестра выводит ее, игнорируя мольбы и слезы. Мой взгляд скользит к потолку, и следующие долгие минуты я сосредотачиваюсь только на дыхании.