Оказавшись внутри дома команды по лакроссу, где музыка буквально бьет в грудь, мы расходимся. Риз следует за Брайар как самопровозглашенный телохранитель, а я направляюсь в противоположную сторону. Мне не хочется отходить от нее, но нет ни единого шанса, что Бен рискнет связываться с ней в моем присутствии.

Моя угроза рассказать тренеру о его обмане все еще в силе.

— Эй... Торн, да?

Я отрываю взгляд от того места, где исчезла Брайар, и сосредотачиваюсь на парне передо мной. У Кросса Лопеза рассеченная губа и фингал под глазом, поэтому сложно сказать, но, кажется. он улыбается мне.

— Мы с моей девушкой ждем твоего следующего боя, — говорю я ему.

— Спонсоры оплачивают счета, — отвечает он. — Видел твою игру на выходных. Ты принял жесткий удар.

Я пожимаю плечом:

— Часть игры.

— Не думал попробовать себя в боях? — Его тёмно-карие глаза впиваются в меня. — Принимать удары – это половина работы. И половина удовольствия.

— Неа. — Мой взгляд скользит поверх его головы. Я замечаю хоккеистов, нескольких парней из своей команды, толпу девушек в обтягивающих платьях... но Стивена среди них нет. — Извини, чувак, я пытаюсь найти друга. Увидимся.

Кросс медленно кивает и проходит мимо. Он не похож на любителя вечеринок, но я оставляю это без внимания. Заметив Стивена, направляющегося к кухне – скорее всего, туда, где установлен бар, – я следую за ним.

Я: Сейчас самое время.

Брайар: Уже работаю.

Выжидаю минуту.

Риз: Он никуда не денется.

Он имеет в виду Бена – значит, ее бывший попался на крючок. Подавив раздражение, я продолжаю преследовать Стивена, и подхожу к нему сзади у бочонка с пивом.

— Эй, Макдауэлл, — говорю я, перекрикивая музыку.

Он оборачивается и улыбается:

— Торн. Будешь?

Я киваю.

Он протягивает мне свой полный стакан и наливает новый себе. Я указываю головой на раздвижные двери, ведущие на заднюю веранду, и он недоуменно приподнимает бровь. Но затем следует за мной.

Здесь музыка тоже громкая, но хотя бы слышно собственные мысли. Ледяной ветер пробирается сквозь мою толстовку, а Стивен и вовсе в одной тонкой рубашке.

Долго мы здесь не протянем.

Я делаю глоток пива.

— В чем дело, капитан? — Стивен изучающе смотрит на меня.

— Я хотел с тобой поговорить… но тема немного деликатная.

— Теперь мне любопытно.

Это может плохо кончиться, но… плевать.

— Меня беспокоит Бен.

Жду его реакции, но он просто смотрит на меня, не меняясь в лице.

— Он странно себя ведет с Брайар. И думаю, дело не только в том, что он ее бывший. — И изменщик. — Возможно, это связано с тем пожаром.

Стивен усмехается:

— Типа он не хочет трахать обгоревшую цыпочку?

— Типа он сам устроил пожар.

Наступает тишина.

Но затем выражение лица Стивена меняется. Кажется, он что-то вспоминает или обдумывает.

— Вы тогда были вместе? Помнишь, что он делал?

Его взгляд заостряется.

— Ага. Это было... ужасно. Мы были рядом. Я помню, как он сказал мне, что Брайар рисует там. Мне еще показалось, что с его стороны по-свински веселиться на вечеринке, и он согласился, что должен пойти к ней. Потом я услышал сирены... — Он вздрагивает. — Не знаю, чувак. Я не придал этому значения… наверное, просто решил, что он добрался до нее уже после пожара. Но ты думаешь, что кто-то устроил пожар специально?

— Да, похоже на то. Полиция до сих пор ведет расследование, но без особых успехов. Никаких зацепок. — Желудок сжимается, подкатывает тошнота. — Спасибо.

— Удачи в поисках.

Он возвращается внутрь, а я пишу Ризу:

Я: Бен ушел с той вечеринки раньше. До начала пожара.

Я: У него нет алиби, Риз. Встретимся на заднем крыльце. Все становится слишком реальным.

Это Бен Паттерсон.

Бывший парень Брайар пытался убить ее.

38.БРАЙАР

Довольно сложно вспомнить, почему я вообще встречалась с Беном.

Я стою перед ним, вижу, как шевелятся его губы, но не слышу ни слова. Вспоминаю наши отношения – он казался обычным. Типичным парнем из колледжа.

Не таким, как Торн. Но все равно нормальным.

Зачем ему пытаться меня убить?

Перебираю в памяти воспоминания. В его поведении не было даже намека на красные флаги.

Кроме, конечно, измены с какой-то девушкой.

Но ничего зловещего или потенциально опасного. Он вырос в хорошей семье – я знакома с его родителями. Они похожи на моих: средний класс, трудолюбивые, и куда добрее родителей Торна.

Бен приподнимает брови, словно ждет, что я что-то скажу.

— Прости, я отключилась, — говорю я.

Риз усмехается у меня за спиной:

— Думаю, это значит, что ты скучный.

Бен хмуро смотрит через мое плечо.

— Я просто хочу понять, почему...? — Я намеренно оставляю вопрос открытым, внимательно изучая его реакцию.

Она оказывается не такой, как я ожидала. Ни тени защиты, ни нервного подергивания. Только поражение.

— Потому что я был мудаком.

Я наблюдаю за его поведением. Но, вместо того, чтобы оправдываться или беспокоиться, он выглядит… грустным.