Как бы мне не хотелось ехать в карете, но и встречаться лицом к лицу с лайонвиком мне тоже не хотелось. Несомненно, в этом путешествии будет достаточно сюрпризов, как только мы доберемся до ущелья.

Андреас наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб, затем взял за руку, переплетя наши пальцы.

— Я немного проедусь рядом с тобой и…

Воздух прорезал мужской крик, прежде чем он оборвался.

Мы с Андреасом оба повернулись к лесу, когда по дороге промчалась лошадь без всадника. Кровь хлестала из четырех глубоких порезов на шее животного.

— Лайонвик! — крикнул солдат, и начался хаос. Бойцы выхватили мечи и вставили стрелы в арбалеты. Несколько из них пришпорили своих лошадей в нашу сторону, выполняя свой долг по обеспечению нашей безопасности.

— Уходи. — Андреас схватил меня за руку, крепко держа, когда мы повернулись и побежали к карете.

Густая трава замедляла наш бег.

Низкое рычание привлекло мое внимание, и я оглянулась через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как над травой мелькнул колючий хвост.

— Андреас, ложись! — Я пригнулась, изо всех сил вцепившись в его руку.

Хвост описал над нами смертельную дугу, но промахнулся. Едва.

Мы бежали, кружась и продолжая удаляться. Хватка Андреаса была неумолимой, когда он тащил меня за собой.

За мгновение до этого из травы выскочил лайонвик, широко раскрыв пасть и обнажив острые черные зубы, готовые вонзить в плоть Андреаса.

Но Андреас уже поднял арбалет и, зарядив болт, быстрым нажатием на спусковой крючок отправил его в сердце чудовища.

Чудовище приземлилось у наших ног, едва не опрокинув нас.

Его грудь поднималась и опускалась от затрудненных вдохов. Кровь сочилась из раны и скапливалась на земле, когда он издал последний рык. Его передняя лапа дернулась один раз, а затем он умер. Его длинный, покрытый шипами хвост обвился вокруг тела, как у змеи.

— Векс, — выругалась я, убирая локоны с лица.

Солдаты, ехавшие к нам, пустили своих лошадей вскачь, их мечи были подняты, они кричали, в их голосах слышалась паника.

Мое внимание привлекла вспышка золота. Взмах еще одного шипастого хвоста, рассекающего воздух на пути к горлу Андреаса.

Я оттолкнула его, а он — меня, мы оба пытались спасти друг друга. Он отпихнул меня достаточно далеко, чтобы хвост не задел моего лица. Но монстр был умен, и, несмотря на то, что я сильно толкнула Андреаса, каким бы ни был контроль над его хвостом, он действовал быстро, как молния.

Хвост прошелся по его груди, прорезав кожаный жилет и разорвав одежду и кожу под ним.

— Нет! — закричала я, когда он упал на колени.

Позади нас солдаты бросились в атаку, но годы тренировок взяли верх. Двигаясь со скоростью, которая была мне не свойственна, я вырвала меч Андреаса из ножен у него за спиной.

Когда второй лайонвик выскочил из травы, я уже замахнулась. Лезвие рассекло шею монстра, отсекая ему голову.

Брызнула кровь. Солдаты закричали. Я упала на колени рядом с Андреасом.

— Божество. — Я оторвала рукав своей туники и прижала его к крови, покрывавшей его грудь.

— Я в порядке. — Он вздрогнул, его руки накрыли мои. — Рана неглубокая.

— Помогите, — рявкнула я первому всаднику.

— Приведите лекаря! — крикнул мужчина через плечо в сторону кареты. Затем он отдал приказ остальным солдатам. — Рассредоточьтесь. Ищите еще. Вы трое остаетесь здесь.

Я проигнорировала их и сосредоточилась на ране Андреаса, надавливая сильнее, чтобы остановить кровь.

— Каспия. — Он накрыл мои руки своими. — Со мной все в порядке.

Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом, понимая, что мои глаза полны слез.

— Мне жаль.

— Я в порядке. — Он выдохнул, позволяя мне почувствовать, как поднимается и опускается его грудь. — Я в порядке.

— Я могла потерять тебя. — Мой подбородок задрожал. — Что мы делаем?

— Спасаем королевство от монстров, гораздо более смертоносных, чем лайонвик.

К нам спешила женщина с коричневой сумкой, перекинутой через грудь. Концы ее черных косичек были прикрыты синим шарфом, а сами они свободно свисали. Ее взгляд был прикован к Андреасу, и только когда ее руки легли на мои, я, наконец, отошла в сторону и позволила ей работать.

Она нахмурилась, глядя на него, и покачала головой.

— Эти порезы нужно будет зашить. Но они неглубокие. Шестеро спасли тебе жизнь.

Шестеро могут катиться к чертям собачьим.

Я прикусила язык, когда она порылась в своей сумке и достала рулон марли.

Ловкими пальцами она перевязала рану, затем встала, помогая Андреасу подняться на ноги. Когда они направились к фургонам, я повернулась к мертвым лайонвикам.

Их гладкая, покрытая кожей шерсть была такой же золотистой, как замок, который мы оставили в Росло, а когти — такими же черными, как зубы. Эти существа были созданы для охоты и убийства. И все же это были два самых красивых животных, которых я когда-либо видела.

Даже после смерти.