Теперь шум реки, казалось, доносился из-под их ног. Должно быть, они были почти на краю обрыва. Она вспомнила предупреждение Алена Гебрека о том, что некоторые участки реки неустойчивы; перед ее глазами промелькнуло видение изувеченного тела Вольфганга Кляйна, желудок сжался, а ноги превратились в вату. Когда, совершенно неожиданно, Фернан упал на четвереньки рядом с огромным обнаженным скальным выступом, она чуть не упала на него сверху. Он оглянулся, словно высматривая признаки преследования.

«Мы должны двигаться быстро, пока нас не заметили», — прошептал он и начал ползти вперед вокруг скалы. Его голова и плечи исчезли; были видны только ягодицы и длинные ноги в грубых синих штанах. Мелиссе захотелось рассмеяться при мысли о себе, здравомыслящей англичанке сорока с лишним лет, играющей в какую-то игру XVIII века с простодушным французом, страдающим от бреда. Это было совершенно нелепо. Это пугало ее до смерти.

Фернан исчез, дав ей второй шанс на побег, но она, почти не колеблясь, пошла за ним. Она была уверена, что он не желает ей зла, и страх начал отступать, уступая место волнению и предвкушению. Ее вели в место, о котором многие слышали, но которое видели лишь немногие отчаявшиеся, преследуемые души.

Добравшись до места, где исчез Фернан, она проползла вдоль скального уступа. Перед ней раскинулся узкий выступ, едва превышающий метр в ширину. Слева возвышалась отвесная скала, под которой невозможно было стоять в полный рост. Справа же был отвесный обрыв, ведущий в никуда.

«Не смотри вниз. Иди ко мне!»

Почти оцепеневшая от ужаса, Мелисса отвела взгляд от края обрыва. Фернан сидел на корточках в расщелине скалы, чуть выше и менее чем в трех метрах от нее. Все ее тело дрожало, но вид его смуглой руки, протянутой к ней, и уверенный голос придали ей мужества. Она начала медленно приближаться к нему, прижимаясь к отвесной скале и молясь, чтобы камень под ней выдержал. Она чуть не заплакала от облегчения, когда его сильные пальцы сжали ее руку и вывели на безопасную широкую каменную площадку, где, наконец, можно было встать. Он торжественно поклонился и жестом указал в черную пещеру позади них.

«Добро пожаловать в тайное убежище!» — гордо сказал он.

Глава 7

Несколько лет назад Мелисса отдыхала в Севеннах на автомобиле вместе со своими свекровью и свекром. Маргарет и Артур Крейг, строго говоря, были ее свекровью и свекром, поскольку их сын, Гай, погиб в автокатастрофе, даже не зная о ее беременности, не говоря уже о том, чтобы думать о замужестве. Подавленная горем и шоком, отвергнутая собственными матерью и отцом, Мелисса была принята в свой дом добросердечными Крейгами; вопрос о незаконнорожденности был деликатно урегулирован путем официальной смены фамилии и обручального кольца, а скорбящие родители нашли утешение в потере единственного ребенка, заботясь о его сыне.

Именно во время того отпуска у Мелиссы впервые возникла идея написать роман, действие которого происходит в этом регионе. Они посещали Трабук, и их гид упомянул об использовании знаменитых гротов в качестве места встреч камизаров. В то время этот термин ей ничего не говорил, но она заинтриговалась, прочитала упоминания о религиозных войнах в региональном путеводителе и мысленно запомнила эту информацию для дальнейшего использования.

Сами гроты ее разочаровали. Они напомнили ей школьную экскурсию, где гид вел группу на крокодиле вниз по искусственным лестницам, защищенным железными перилами, останавливаясь каждые несколько метров, чтобы засыпать аудиторию статистическими данными или управлять сложной системой освещения и связи. Конечно, были и интересные места – особеннограндиозный кулуар с подземным озером и огромными сталактитами, нависающими над удивительно спокойной зеленой водой, – но обилие технологий и болтливые туристы превратили это чудо природы в современный тематический парк.

Она вспоминала, как пыталась представить чувства беглецов в те далекие времена, когда они ждали – возможно, у погасшего фонаря, возможно, в полной темноте – пока хищный враг прочесывал окрестности над их головами, жаждая крови. На этот раз ее воображение подвело ее, подавленное хором предсказуемых вопросов, восклицаниями удивления и восхищения, предостережениями встревоженных родителей чрезмерно смелым детям.

Теперь, стоя рядом с Фернандом в расщелине скалы, под ногами бушующей рекой, а впереди — темной, как чернила, пещерой, она испытала волну благоговения и предвкушения, которая смела страх и головокружение.

«Подождите минутку!» — Фернан исчез в пещере; мгновение спустя раздался щелчок, и мощный факел направил луч в темноту. Медленно он поднимался вверх среди зазубренных складок скалы, свисающих над головами, словно окаменевшие занавесы; затем он повернул вправо и опустился вниз, сверкая на бесчисленных кристаллических частицах в скальной породе; он сместился влево и очертил черную линию там, где каменный пол резко обрывался, не доходя до дальней стены.

«Никогда туда не ходи», — предупредил Фернан. «Там — смерть!» Словно камешек в колодце, слова упали в пустоту, а затем, от невидимых стен, обрушились обратно, эхом разносясь над ревом воды: «Это смерть… это смерть… это смерть!»

Мелисса закрыла глаза и сглотнула комок в горле.