Это означало бы много секса с Гриффином; от этой мысли по телу пробежала приятная дрожь, и на это я бы тоже никогда не пожаловалась. Я сдержала улыбку, пока в мыслях проносились все недавние моменты, когда мы были голыми. Взять его в рот было задачей не из легких, да и не сказать чтобы очень комфортной. Но меня удивило, насколько сильно мне это понравилось.

От всего этого сердце в груди забилось быстрее. Мысли перенеслись к нашему моменту в отеле. Искреннему, уязвимому, настоящему занятию любовью, и я хотела повторить это снова.

Я просто хотела, чтобы он был рядом, хотела делить с ним всё, что могла. Даже когда он просто барабанил пальцами по моей руке, мое тело начало гореть. Одно простое, любящее прикосновение — и я чувствовала, как между ног начинает зарождаться тупая, сладкая боль. Всё, что ему нужно было сделать — это съехать на обочину, и мы бы...

Мои глаза распахнулись, когда до меня дошло, что я предавалась очень грязным мыслям о Гриффине, в то время как его мама всё еще сидела в нескольких футах от нас в этой самой машине.

Его взгляд быстро скользнул ко мне, и он нахмурил брови. Открыв рот, он хотел что-то сказать, но затем резко ударил по тормозам.

— Что это? — ахнула Нэнси, ерзая на сиденье рядом со мной.

— Не «что», мам. А «кто», — тихо пробормотал Гриффин, а затем вздохнул, медленно продвигая машину вперед.

— Что она здесь делает в такое время? — ответила Нэнси, когда шины зашуршали по асфальту, сворачивая с главной дороги.

— Неужели она добралась до бабушки первой? — спросил Гриффин, останавливая машину.

— Она же не смогла бы убедить ее отказаться от поправок к контракту, правда? — Нэнси внезапно толкнула дверь и выскочила наружу.

Гриффин остался сидеть в заведенном пикапе, пока я медленно принимала вертикальное положение.

— Что происходит? — прошептала я. Но Гриффину не пришлось отвечать: мой взгляд упал на крыльцо белого кирпичного дома. Мы стояли на круговой подъездной дорожке, оба глядя на арочный вход, где Кара, отчим Гриффина, а теперь и Нэнси на повышенных тонах выясняли отношения.

— Я могу попросить Ноа...

— Я должен сказать тебе, — перебил меня Гриффин, наблюдая за спорящей троицей на ступенях. Позади Брента входная дверь приоткрылась, и из-за угла показалось лицо Дейтона. — Нет, только не Дейтон, — прошептал он.

— Дейтон знает о наследстве, Гриффин. Он знает уже давно, — успокоила я его, и Гриффин резко повернулся ко мне.

— Он казался расстроенным?

— Нет.

— Злым? Обиженным? Разочарованным?

— Нет? Мне кажется, он всё понимает. Хотя, наверное, я не уверена, знает ли он, что технически часть денег будет принадлежать ему, — пробормотала я. Гриффин пулей вылетел из машины. Я смотрела, как он бежит к крыльцу, и наконец сама выбралась из пикапа. В прохладном вечернем воздухе я слышала повышенные голоса — в основном голос Кары.

Нерешительно подкравшись ближе, я наконец смогла разобрать суть разговора.

— Позвони ей прямо сейчас, — прошипела Кара. — Или я сама позвоню.

— Так вот зачем ты сюда пришла? — Нэнси сердито посмотрела на нее, уперев руки в бока.

— Я пришла остановить Гриффина. Остановить Элеонору от совершения такого опрометчивого решения. Эти деньги будут моими. Они по праву мои! Она обещала их мне из-за твоего дурацкого решения побыть шлюхой и залететь в старших классах. Деньги должны были достаться ее дочери, и она решила, что ее выбранная дочь лучше.

— Ты ни хрена не знаешь, — вмешался Гриффин, и Кара закатила глаза.

— Я знаю больше, чем ты думаешь. Я знаю, что ваши отношения были фальшивкой. Но знал ли ты, что там есть пункт, по которому ты должен быть по-настоящему влюблен в женщину, на которой женишься, чтобы получить наследство, если она не выбрана Элеонорой или Уинстоном?

Гриффин стиснул челюсти, но ничего не сказал.

Он знал. Его молчаливый ответ подсказал мне, что он знал, и у меня всё оборвалось внутри. Пальцы машинально потянулись к кольцу на шее. Неудивительно, что он хотел помолвки, а не просто фальшивую девушку. Ему нужно было убедиться, что мы продадим этот спектакль во что бы то ни стало. И я не знала, как к этому относиться.

— Видишь? Еще одно очевидное доказательство того, что она хочет, чтобы деньги достались мне. А не твоей маме. К тому же, ты на самом деле не любишь эту стерву, — добавила Кара, и на ее лице заиграла ухмылка.

— Не смей, блядь, так ее называть, — прорычал он, и верхняя губа Кары скривилась в брезгливом раздражении.

— Разве это не доказывает тебе обратное? — вставила Нэнси, когда Брент поднял усталый взгляд и встретился со мной глазами. Он выглядел довольно растерянным, пока Дейтон тяжело вздыхал, прислонившись к дверному косяку.

— Кара, документы были подписаны более семи часов назад. Так что смирись. Ты ничего не сможешь сделать. — Гриффин сунул руки в карманы; я нахмурила брови, когда Нэнси перевела широко раскрытые, потрясенные глаза на сына.

— Чт-чт-что значит, они были подписаны семь часов назад? — спросила она.