— Ишь, какой смелый стал. А раньше слова не смел против сказать, — он с вызовом уставился на меня.

— Обстоятельства поменялись. Я вырос и обрел силу, которой у вас никогда не будет, — сухо ответил я.

Ерофей зло поджал губы, бросил взгляд на женщину, лежащую на лавке в приемной, и буркнул:

— Ну ладно, шантажист хренов, делай, что надо.

С помощью жизненных сил Ерофея я долечил женщину и, получив шар энергии, с облегчением вздохнул. Как же хорошо, что я получаю благодарность не только в виде денег, но и в виде энергетического шара. Это позволяет мне лечить больше людей и не изнашивать собственный организм.

— Ну, милочка, дорого вам обойдется лечение, — подал голос Ерофей, прислушиваясь к собственному сердцу. — Я ведь часть жизни за вас отдал.

— Правда, что ли? — ужаснулась она. — Не надо было. Я ведь не знала. Как же так?

Я с укоризной посмотрел на лекаря и пояснил:

— Ничего страшного. Поест, поспит, и все восстановится.

— Откуда ты знаешь? Вдруг ты у меня только что два года жизни забрал? — огрызнулся Ерофей.

— Не выдумывайте! — рассердился я. — Я знаю, на что способны мои руны.

— Откуда? Еще недавно ни о каких рунах слыхом не слыхали, и вдруг ты все знаешь, — всплеснул он руками.

Я уже хотел сказать, что я — руномаг с большим стажем, поэтому знаю значение каждого символа и его влияние, но вовремя замолчал. Пусть думает, что хочет.

Женщина пообещала вернуть долг с первой же зарплаты и вышла из дома, прихватив те самые носилки, на которых ее принесли. Она была практически здорова. Правда, потребуется время, чтобы кость хорошо зажила. Но, к счастью, мне удалось убрать кровавый сгусток из ее головы, остановить кровь и заживить раны.

Вслед за женщиной потянулась вереница больных. Многих я видел уже не в первый раз. Убедившись в том, что я действительно помогаю, они начали приходить с различными жалобами. Кого-то оса укусила, кто-то порезался, кто-то обжегся, а кто-то пришел просто поделиться радостью, как хорошо живется, когда здоров.

Я поймал себя на том, что мне нравится лечить людей и видеть их благодарные глаза. Теперь я это делал не только ради энергии и денег, а также для собственного удовольствия. И хотя к вечеру сильно уставал, на душе было радостно и спокойно.

После обеда у калитки остался лишь один человек, который до этого пропускал всех вперед себя и почти с каждым больным о чем-то разговаривал. Мне он показался подозрительным, поэтому я изредка подсматривал за ним из окна.

Мужчине было лет сорок. Он был одет довольно хорошо: строгий клетчатый костюм, на шею повязан разноцветный платочек, на голове фетровая шляпа. С собой у него был кожаный портфель, который он держал подмышкой.

— Зачем пожаловали? Что вас беспокоит? — спросил я.

— Добрый день, — улыбнулся он и снял шляпу. — Мне нужно с вами поговорить. Не хотелось бы делать это на улице. Лучше в помещении, — оглядевшись, ответил он.

— Тогда прошу в дом, — ответил я, но тревога лишь усилилась.

Не выглядел он больным. К тому же совсем не торопился на прием, проведя за забором не меньше двух часов.

Мы зашли в дом, однако он лишь заглянул в приемную и сказал, что нам лучше будет за кухонным столом. Ерофей вопросительно уставился на меня, а я лишь пожал плечами.

— Я вас слушаю, — сказал я, когда мы втроем расселись за стол.

— Дело в том, что меня зовут Анатолий Цаплин и я — корреспондент «Вестника Иркутской губернии». Пришел сюда по заданию редакции. К нам поступило анонимное письмо, в котором говорится, якобы сибирский знахарь-духогляд убивает людей, а властям нет до этого никакого дела. Еще вчера я занялся этим случаем и узнал так много о вас, что уговорил главного редактора повременить с публикацией этого письма.

Он открыл портфель и выложил перо с чернильницей и блокнот.

— Второй день я опрашиваю свидетелей вашего лечения, и никто плохого слова о вас не сказал, — проговорил он, обращаясь ко мне. — Именно поэтому я считаю, что анонимное письмо не имеет никаких доказательств и не может быть опубликовано, ведь оно порочит честь и достоинство. Наоборот, мне очень хочется рассказать о вас нашим читателям, — мужчина принялся перелистывать страницы блокнота в поисках чистых листов. — Кто вы такой и откуда прибыли? Каким образом происходит лечение? Как в таком молодом возрасте вы достигли таких высот в области использования рун при лечении? Короче, вопросов у меня много, поэтому советую не тратить время понапрасну и…

— Уважаемый, покиньте наш дом, — Ерофей поднялся на ноги и пробуравил Цаплина злым взглядом.

— Что такое? Почему? — встревожился он.

— Не надо нас в газету.

— Но я не понимаю, почему вы против? Ведь все так и норовят попасть на страницы нашей газеты. Тем более статья получится лестная. Она привлечет к вам еще больше людей.

— К сожалению, ваша статья может привлечь не только людей, но и проблемы, — ответил я. — Вы же сами понимаете, что деятельность нашу нельзя назвать законной.