— Значит, я вновь ошиблась в Защитнике, — проговорила Смерть тихо, когда эти двое оставили в камне свои дары и вернулись в мир живых.

***

Он очнулся от ярких солнечных лучей, бивших прямо в лицо. Чувствительность возвращалась постепенно. Сначала он ощутил, как солнце дарит весеннее тепло и приятно греет кожу, замерзшую в загранном мире, хоть телом он там и не был. Затем почувствовал, как с него осторожно сняли очки. К глазам возвращалась относительная зрячесть, а к ушам — слух.

— Гарри… Гарри!

Его звали так тепло и ласково, что Гарри сделал попытку улыбнуться. Перед глазами возникли нечеткие контуры лица матери — и ее всюду узнаваемые рыжие волосы.

— Живой, мальчик мой, — Лили счастливо обняла его и крепко прижала к себе.

— Живой? — обрадовался рядом кто-то знакомый.

— И ты, смотрю, живой, — проворчал Гарри и тяжело попытался сесть. Мама, широко улыбавшаяся, помогла ему и протянула очки. — Надо же, а я думал, от Убивающего заклинания только я могу постоянно оживать.

Кругом послышались смешки — вокруг собрались только знакомые люди, которых он рад был видеть, хотел видеть.

— О, ч-черт! — вдруг воскликнул Драко, разрывая на груди рубашку. — Эй, посмотрите сюда! Посмотрите! У меня нет шрама в виде молнии?! Скажите, нет?!

Некоторые рассмеялись, другие заулыбались. Люциус, поджавший губы, подошел к нему и похлопал по плечу.

— Благодарю вас, мистер Поттер, — неожиданно сердечно сказал он, опустившись на миг на колено рядом с Лили. — Так долго бродить по лезвию ножа и до самого конца удержать равновесие могли только вы.

И тут начался ажиотаж. До других словно и не доходило раньше, что врага больше нет. К Гарри подходили со всех сторон, хлопали по плечам, пожимали руки, плакали, что-то говорили о благодарности. Эти люди собрались с поля битвы, откуда целители уносили в замок раненных, и ныне они находились внутри каменного круга, освещенного солнцем. Сколько же он тут лежал, приходя в себя? И они ждали все это время?

— Несколько часов, — когда Гарри выразил желание уйти отсюда, его подхватили под руки Сириус и Драко, не подпустив остальных. Джон Лонт, живой и невредимый, бежал впереди, а Лили, Уизли, Невилл и Майкл с Мирандой и Биллом шли за ними, радуясь победе и первому солнечному дню. — Несколько часов ты лежал, — сказал Драко, подмигивая Гермионе, которая шла с другого его бока. — Я уже очнулся и увидел, как возникла эта чудовищная воронка. Казалось, мир вот-вот пропадет, а небо рухнет прямо на нас. Воздух стал как будто плотным, я не мог даже дышать, и вдруг все закончилось…

— Пожиратели аппарировали, — перебила его торопливо радостная Гермиона. — Кто-то, правда, еще пытался завязать бой, решив подороже продать свои жизни, но авроры внезапно воодушевились. У них как будто открылось второе дыхание, да я и сама чувствовала это! Как будто усталость отступила, мысли прояснились!..

— Тьма Волан-де-Морта ушла! — воскликнул шедший рядом с ними чуть ли не вприпрыжку Майкл.

— Именно, — поддержали его близнецы. — Оборотни начали сбиваться в стаи и исчезать в лесу, но вдруг послышался свист, топот копыт, и прямо из лесу выскочили кентавры. Они вернулись! Оказалось, Флоренц увидел такой исход, он и привел сородичей на последнюю битву. Он, кстати, сейчас с Хагридом и передавал тебе привет…

— По-своему, конечно…

— Сказал, что Марс сегодня яркий был, но это был последний день его небывалой активности…

— Или что-то в этом роде…

— Сказал, такое бывает примерно раз в тысячу лет!

— Ладно-ладно вам… — проворчал Сириус, тоже счастливо улыбавшийся. — Дайте ему передохнуть, не видите, Гарри без сил?

— А где Джин? — Гарри вдруг остановился и принялся крутить головой во все стороны, внезапно поняв, что не видел ее в кругу ожидающих. — Пандора? Снейп?

— Джинни была ранена, когда Пожиратели принялись отстреливаться, — вздохнула миссис Уизли, поддерживаемая Чарли. — Она так хотела тебя дождаться, но ее рана была глубока, и целители забрали ее в замок с другими раненными…

— Северуса мы не видели с тех пор, как он ушел за тобой, — сказала осторожно Лили. — А Пандора… Вон она, осталась в каменном кругу.

Гарри обернулся.

Тучи разошлись, и солнце, по-весеннему теплое и ласковое, воцарилось на небе, заняв принадлежащее ему место. В этом свете, словно купаясь в нем, на капище стояла девушка в простеньких джинсах и свободной белой блузке. Стояла лицом к солнцу, словно общалась с ним. Она выглядела очень печально и одиноко. Ее свету не хватало тени.

***

«ТОТ-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ ПОВЕРЖЕН!!! В ночь с 12 на 13 марта…»

— Прошу тебя, Джин, хоть ты надо мной не издевайся, — попросил устало Гарри.

— Мне просто интересно, сколько усилий Рита приложила, чтобы не написать твое имя вместо каждого слова этой статейки, — Джинни улыбнулась ему и отложила газету. — Хорошо, что тебя не было, когда она приходила. Ты бы видел, как она жаждала тебя найти.