Он ненавидел, когда его звали настоящим магловским именем, и внутри все заклокотало от гнева. Но Темный Лорд смирил свою злобу. Она подтачивала силы, а силы ему были нужны сегодня. Он еще должен вернуться в Хогвартс и расквитаться с остатками воинства Поттера.

— Почему мои силы покидают меня? Я становлюсь слаб.

— А, Дары Смерти… — Грин-де-Вальд колючим взглядом остановился на Бузинной палочке в его руке. — Познал вторую сторону медали, Том? Вкусил горечь запретного плода, не предназначенного для человеческого существа?

— Мне некогда слушать словесные дифирамбы! — рыкнул Темный Лорд и прошел к окну, глядя на сверкающие в небе молнии. И когда это успела разыграться непогода?

— А с кем же мне еще в них упражняться здесь? — простовато фыркнул Грин-де-Вальд и ухватил наколдованную для него бутылку хереса. — Фу, дешевка… Не слишком-то ты щедр, Томас. Такая тайна стоит больше.

— Получишь бочку отборной медовухи, — прошипел Волан-де-Морт и резко обернулся к нему. — Если расскажешь, как мне преодолеть эту слабость.

— Другой разговор! — хлопнул в ладоши Грин-де-Вальд. Темный Лорд даже задумался, стоит ли слушать этого безумного старика или проявить милосердие и убить его? Но Грин-де-Вальд вдруг стер с лица бесившую его улыбку сумасшедшего и нацепил маску серьезности. — Ты открыл Дверь, Томас?

— Открыл, — холодно ответил Темный Лорд.

— Тогда могу посоветовать тебе лишь закрыть ее.

— А то я сам об этом не думал. Ты знаешь, как мне вернуть свои силы или нет?

— Нет! — пожал плечами старец. — Но кровь Защитника может многое. Ты теперь не человек, Томас, и в твоих жилах не течет кровь Гарри Поттера — да, я знаю об этом. Дамблдор приходил просить совета перед своей смертью, — объяснил он. — Хитрый старик знал, что у меня есть ответы на многие вопросы касаемо Защитника. Его бутылка ликера закончилась как раз два месяца назад…

— А на мой? — начал терять терпение Темный Лорд.

Грин-де-Вальд на какое-то время замолчал и сощурился, внимательно разглядывая клочки тьмы в подоле его мантии.

— Мне нужна моя медовуха.

Едва сдерживаясь, Волан-де-Морт махнул палочкой в угол камеры. Там, в тени стенной ниши появилась добротная бочка, сладкий запах которой тут же заполнил помещение.

— Стакан — излишек! — тут же бодро подскочив к бочке, заявил Грин-де-Вальд. — Ах, что за запах! Поверить не могу, Том, что ты предпочел бессмертие удовольствиям короткой жизни. Послушай меня, уж я знаю, в чем смысл любой жизни!

— Ответ! — со свистом вдохнув для успокоения, прошелестел Темный Лорд. — Мне нужен ответ, иначе твоя жизнь окажется на удивление короткой и несчастной!

— Кровь Защитника, — сказал Грин-де-Вальд твердо, с укором на него взглянув. — Испей ее. Хуже не будет, но есть шанс, что станет лучше.

Бушевавшее Северное море шумело так, что в ушах отдавался его грохот. Волны бились о скалы, точа нерушимые древние камни.

Темный Лорд зловеще ухмыльнулся краем губ, выходя на край утеса. Им владела жестокая жажда крови — предвестница убийства.

***

Взрывная волна прокатилась по площадке Астрономической башни и выбросила с нее двух Пожирателей, что задумчиво смотрели вдаль в поисках армии восставших волшебников Англии. Но их тела не успели пролететь и пары футов, как их рвануло вверх и занесло обратно на площадку. Тела дымились, источая зловоние.

— Они оценили твою тактику, — заметил Драко, тщательно проверив, чтобы враги были мертвы. — Я уверен, что они хотели выполнять ту же функцию оповещения, которую выполнял ты во время первой битвы за Хогвартс.

— Печально, что у них не получилось, — прохладно ответил Гарри и стащил с их лиц маски. Оба парня были молоды: один кучерявый, худой и красивый, другой черноволосый, с заостренными чертами лица. Французы. — Пусть остаются здесь, раньше времени нас не должны обнаружить. Я же говорил, достаточно будет Авады Кедавры.

— Извини, разминался.

Драко, крутя запястьем, распрямился и вышел к парапету. Отсюда открывался вид на всю долину, она была как на ладони. Кое-где снег уже сделал попытку растаять, и всюду на белом покрывале виднелись черные проталины с грязью. Запретный Лес темнел до самого горизонта… Сколько о нем было воспоминаний, трепетных детских и ужасных взрослых! Он единственный, наверное, во всей долине остался нетронутым. Драко не хотел смотреть вниз на разрушенный двор школы. Ведь тогда придется забыть о подступающей весне, чье дыхание в долине уже чувствовалось при каждом вдохе; о небе, в котором проглядывали звезды; о солнце, что величественно уходило за горы. Возможно, ему казалось, но этот закат был менее зловещим, чем тот, месяц назад… И ровный его свет мягко искрился в заново выпавшем в горах снегу. Их верхушки сияли путеводными звездами.

И пусть за их спинами стоят мрачные руины Хогвартса, пусть еще не отвоевано ими право на жизнь — у них была надежда. Солнце опустится и поднимется вновь, и первые его лучи уже не застанут мерзости Волан-де-Морта на этой земле…