— Может, ты и права. Однако в Гарри есть что-то, что даже в этой новой жизни при почтенном возрасте души и опыте позволяет ему чувствовать себя мальчишкой. А Снейп, мне кажется, взрослым был даже в детстве. Слишком серьезный, познавший горечь жизни. Ты его меняешь. Он стал другим.

— Люди не меняются.

— Да, не меняются, в том-то и дело, — проникновенно молвила Джинни и с легкой улыбкой уставилась вдаль. — Это чудо, что такое может случиться. И в твоем случае целиком твоя заслуга.

Легкая передышка в упражнениях сделала свое недоброе дело, и теперь все мысли Пандоры вновь принадлежали Северусу.

Сад. Последнее февральское утро.

Мокрый слежавшийся снег сочно хрустел под сапогами, а из мэнора доносились соблазнительные ароматы кофе. Приятный утренний морозец холодил щеки, а выдыхаемый пар обдавал лицо теплом.

Он стоял в саду совсем один. За две недели пребывания в поместье Пандора успела заметить закономерное посещение сада по утрам и теперь медленно подходила к нему, вполне ожидая, что он попросит оставить его одного.

— Люблю утреннюю прохладу, — сказал он, не поворачиваясь. Подойдя, девушка заметила, что он стоял лицом к солнцу с закрытыми глазами и глубоко вдыхал морозный воздух. — День слишком суетен, а вечер добавляет мрак к моему мрачному существованию. А теперь я провожу аналогию своей жизни с утром.

— Ты разглядел свет в конце тоннеля? — полюбопытствовала с иронией Пандора.

Северус, не открывая глаз, взял ее за руку, а другой приобнял за талию. Его воротник вкусно пах мужскими духами, и Пандора приникла к нему, дыша любимым теплом.

— Нет. Его показала мне ты.

Его рука зарылась в ее волосы, а лоб обжег холод его щеки. Неплохо сказано для человека, который не знает красивых слов, подумала Пандора, но не стала говорить это вслух. Он и так знал все, о чем она думала.

— Я научу тебя радоваться и вечеру, и ночи, — пообещала девушка, тепло улыбаясь. — Я помогу тебе найти покой.

— О большем и мечтать не могу, — дыхнул он ей в волосы.

— Как бы я хотела, чтобы мои мысли придавали ему сил, — вслух подумала Пандора, поежившись на холоде. — Я как будто чувствую, что ему плохо. Он ранен. Но я не могу до него дотянуться ни словом, ни мыслью, чтобы помочь.

На лице подруги отразилось беспокойство. Джинни подумала о чем-то и вдруг нагнулась к земле. Когда выпрямилась, в ее ладони была дюжина цветков подснежника.

— Знаешь, чему меня недавно научил Сириус? Да ты и сама знаешь, наверное, всякие магловские поверья. Отпусти на ветер цветы с самыми сокровенными мыслями, и может, желание исполнится.

«Я в такую ерунду не верю», — хотела сказать Пандора, но Джинни с такой верой в свое чудо держала эти бутоны, что она просто была не в силах отказать.

Ветра не было, и Пандора почувствовала себя ужасно глупо, выставив на ладони цветки подснежника. Посомневавшись, она вновь припомнила утро в саду поместья и все самые теплые чувства, которые испытывала к нему. Его мрачный, темный образ предстал перед внутренним взором.

— Пусть исцелятся твои раны и вернутся покинувшие тебя силы, — сказала она тихо, и рука дрогнула. — Знай, тебя здесь ждут. Возвращайся.

По руке скользнуло теплым дуновением ветра, и бутоны, подхваченные вихрем, разлетелись по саду.

***

Возвращайся…

Из окна уже лился мертвенно бледный свет «утра», когда спящего Снейпа во сне что-то дернуло. Всю ночь его преследовала в мире грез навязчивая тревога и неясные образы, однако голос Пандоры, невесть как вытащенный сознанием из хаоса порожденных бредом мыслей, будто толкнул его в бок. Северус сел и осмотрелся.

Поттер и Лонгботтом уступили ему диван, а сами собрали себе из парт подобие лежанок и теперь крепко спали. Судя по беспокойности, тревожные их мучили сны. Да разве в таком месте могут быть другие?

Повязка на туловище снова была мокрой и липкой от крови и гноя, и Снейп решил сам ее осмотреть, чтобы дать Поттеру еще пять минут сна. При каждом движении рана прекрасно ощущалась, саднила и ныла, однако чувствовал он себя гораздо лучше. Первые открывшиеся взору красные борозды выглядели плачевно, но как будто тронулся процесс заживления, что само по себе было невозможным в таких условиях. Снейп оторопело провел пальцем по саднящему рубцу, покрытому коркой засохшей крови, и понял, что сам не справится.

— Поттер! — позвал он парня, и тот подскочил на месте, слепо оглядываясь по сторонам. — Помогите мне промыть раны.

Вместе с ним на оклик поднялся и Невилл. Пока Гарри готовил все необходимое и трансфигурировал из рваной мантии стерильные бинты, он подошел к окну и выглянул.

— Интересно все-таки, откуда этот свет, — спросил Невилл скорее самого себя. — Что это за подобие лунного света?

— Поверьте, нам лучше этого не знать, — язвительно отозвался Снейп, но отметил, что после этого сна в голосе гораздо больше усталости. — Не зажигайте свет. Нам нужно сегодня как можно меньше волновать их.

— Раны выглядят лучше, сэр, — заметил Гарри, промывая раны. — Хорошо, что у вас есть зелья.