Гермиона перевела дух и села на скамью у узкого окна. Пока Драко разжигал огонь в камине, зал залился синеватым светом, и появился Патронус.

«Вы добежали?»

За ним появился второй.

«Мы тоже передвинулись ближе к лестнице, теперь мы прямо под вами»

— Скажи Гарри, что я знаю, где перстень Мерлина, — хрипловато попросила Гермиона, осторожно касаясь повязки на груди. — Он у двойника самого Гарри на среднем пальце правой руки.

— Уверена? — взволнованно переспросил Драко и озабоченно осмотрел повязку. Вроде не расшевелилась и крепко держала ее. — Ты могла ошибиться в темноте.

— Нет, я точно его узнала, — уверила его Гермиона.

Драко отправил соответствующее сообщение, и пришел взволнованный ответ.

«А Невилл видел змею в каминной сети соседнего кабинета. Она ползает по дымоходу, поэтому мы не могли найти ее»

— Экспекто Патронум, — вторично сотворил Драко Патронуса. — Мы можем приманить ее на сэндвич, который, конечно, должен заваляться у кого-нибудь в кармане.

Ответ не замедлил появиться. Поттер смеялся, когда говорил.

«Ночь настала», — Гермиона повернулась к окну и вновь вместо слабого света увидела непроглядную мглу. — «Завтра утром я пришлю сигнал и расширю щит. Встретимся на лестнице. Постскриптум! Снейпа и Гермиону оставим у каминов. Их кровь может привлечь к нам внимание»

Драко коротко на нее глянул. Если Гермиона и хотела возразить, то доводы Гарри показались ей убедительными, и она слабо кивнула.

— Тогда до завтра, — сказал Драко Патронусу и отправил его прочь.

***

Утром 10 марта…

Прошло два дня с возвращения Полумны.

Волнующие новости, принесенные ею, были услышаны, и тут же началась масштабная подготовка восстания.

Во-первых, хозяин дома, не оттягивая неизбежное, собрал совет из людей, знающих тайну Гарри и Драко — не по этому признаку, просто именно они составляли взрослый боевой контингент. Одновременно по решению Лили, Сириуса и Люциуса с Нарциссой со всеми предосторожностями был посвящен в тайну еще и Джон Лонт.

Совет длился целый день, и на нем планировали до мельчайших деталей вторжение в Хогвартс, расположение боевых групп. Проводили подсчет сил, которые были в их распоряжении. Лили тотчас занялась оповещением ближайших знакомых о подготовке к восстанию. Предательства они не боялись.

И это было во-вторых. Решили поднапрячь Риту и к десятому марта выпустить новый номер «Восставшего Пророка» с вызовом Темному Лорду. Статья была готова уже на следующее утро, и Люциус нашел ее «крайне вдохновляющей». Она призывала людей к восстанию открыто. Рита умела писать красивым слогом, но в этот раз так расстаралась — в подобном мастерстве ее раньше заподозрить не могли. Тоже вдохновилась.

Люциуса негласно назначили переговорщиком с премьер-министром, и этот визит должен состояться в ночь десятого марта. Римуса обязали узнать о перемещениях Темного Лорда, так как Люциус опасался нападения на мэнор. Если бы не платиновый цвет волос, седину, появившуюся в последнее время, было бы очень сложно скрыть. Люпин разведал, что враг носу не кажет из Хогвартса, а Пожиратели лютуют в Министерстве как хотят. Очень было похоже, что Темный Лорд забросил все свои дела, но это было странно. Стоило ли завоевывать магический мир Англии, чтобы после этого прятаться в Хогвартсе? На этот вопрос не было ответа.

Кроме того, все без исключения жители мэнора начали упражняться в боевых чарах, оттачивать определенные комбинации и скорость их наложения. Усердствовали в основном школьники, и обреченно вызвались их тренировать те, кто уже закончил школу или учился в Аврорате. Фред с Джорджем не давали спуску Джинни, хотя она сама не ленилась. Гоняла себя каждый день до седьмого пота. Не всем хватало выдержки на это, однако ни у кого в душе не было таких поглощающих переживаний.

В утро десятого марта солнце вновь проглянуло из-за облаков и одарило графство Уилтшир своим теплым светом. В саду за поместьем еще не полностью растаяли сугробы, но уже тут и там в проталинах пестрели подснежники. Рано начиналась в этом году пора цветения. Этим природа дарила надежду живущим без нее людям.

Из сада доносились голоса, выкрикивающие заклинания, а живая изгородь дымилась от подпалин. В глубине лабиринта, там, где была ровная и просторная площадка, мелькали две фигуры дуэлянтов. Один был парень в брюках и теплом джемпере, а соперницей ему выступала девушка в джинсах и рубашке. Холод не трогал ее, разгоряченную в бою. Она была хороша.

Это была Пандора. Как и Джинни, она нашла утешение в тренировках. По вечерам, когда она вымотанная возвращалась в комнату Северуса, ее сил хватало лишь на то, чтобы упасть на кровать и уснуть. Так ее не успевали терзать мысли о нем. И она справедливо считала это выходом.