Мы должны защитить Хогвартс, потому что, защищая его, мы поддерживаем мир, который уже ощутимо потряхивает. Поэтому я сражусь с Волан-де-Мортом, как только он вздумает переступить порог школы. Нам некуда отступать, профессор Слизнорт, — горько закончил он.

В кабинете повисла тишина.

— Господин Салазар, — громко и нагло обратился Гарри к портрету. Терять им уже было нечего. — Настало время раскрыть все карты. Я знаю, вы чего-то не договаривали. Если магический мир хоть сколько-нибудь ценен для вас и магическое наследие дорого — ваше время рассказать всю правду настало. Я хочу знать все о каменном круге и о том, как именно мне его уничтожить.

Присутствовавшие развернулись к портрету, который скривил лицо и переместился в ту часть гобелена, краска на которой выцвела.

— Если мой наследник, знающий про нынешний мир больше моего, считает, что его нужно очистить от магловской скверны, мой долг, как его предка — поддержать его. Я не стану помогать врагам моего наследника. Пусть все будет так, как должно быть.

Гарри снова кивнул, подтвердив свои мысли, а другие отвели от портрета глаза, явно разочаровавшись в мудрости Основателя.

— Значит, решено, — тяжело произнесла МакГонагалл, подводя итоги. — Детей мы начнем эвакуировать после обеда, как только они соберут вещи. К тому времени, я думаю, замок будет достаточно хорошо защищен и укреплен. Деканы, распорядитесь должным образом, чтобы дети несли с собой только самое необходимое. Уходить нужно быстро и налегке. Лили, Сириус, буду благодарна, если сможете связаться с людьми, которым мы можем доверять. Я тоже займусь этим. Филиус, оповестите жителей Хогсмида о грядущем сражении — может быть, кто-нибудь захочет присоединиться к нам. Северус, я прошу тебя лично об услуге — тебя слушают, — Снейп скривился. — Проследи, чтобы все дети с первого по четвертый курс покинули Хогвартс. Возражения есть?

Все молчали.

— Если Хогвартс переходит на осадное положение, а у наших ворот — Темный Лорд, следует эвакуировать как можно больше не способных драться людей. Поскольку Сеть летучего пороха под наблюдением, а аппарация на территории замка невозможна…

— Выход есть, — поспешно сказал Гарри и рассказал о проходе, который недавно создал Драко.

— Поттер, речь идет о сотнях учеников…

— Я знаю, профессор, но если Волан-де-Морт и Пожиратели смерти сосредоточатся на границах школы, в Косом переулке вряд ли останется стража, а Фред и Джордж Уизли позаботились о том, чтобы в магазине их посетителям ничего не угрожало.

— Пожалуй, в этом что-то есть, — согласилась она. — Но это будет непросто. Нам нужны люди, и если вдруг кто-нибудь со старших курсов захочет встать на защиту замка, мы будем рады такой помощи… А теперь возвращайтесь к себе и займитесь подготовкой.

Когда все присутствующие потянулись к выходу, Минерва подошла к задумчиво глядевшему на портрет Основателя Гарри и положила руку ему на плечо.

— Попытайтесь вдохновить учеников, мистер Поттер, — горько сказала она. — Я знаю, они вас с мистером Малфоем слушают и готовы зайти очень далеко, если вести их будете вы. Нам нужны старшие курсы, но выберите тех, кто может себя защитить, прошу вас.

— Не беспокойтесь, профессор, — кивнул Гарри и отступил.

— И, Поттер. Удачи вам.

Даром ли в Хогвартсе в ночные часы становилось все темнее, думалось Гарри уже почти сквозь сон. Тень надвигалась. Ее присутствие было ощутимо даже в воздухе — он стал тяжелым, густым и вязким, и иногда казался непригодным для дыхания. В такие моменты беспокойный сон Гарри прерывался и он резко садился на кровати, держась за горло. Но странное явление пропадало, и он снова дышал.

Когда крепкий сон все же овладел им, над Хогвартсом разошлись тучи и уже поднималось солнце. Красное, закатное — в нем не было привычной красоты. Только угроза и предупреждение.

***

В последние дни время полетело так быстро, словно хотело поторопить грядущие события. В этой суматохе сложно было понять, что происходит. Школа полнилась слухами, которые брались прямо из воздуха, и Пандора оказалась полностью дезориентирована.

Прежде всего Северус поселил ее в своих личных комнатах, но строго-настрого запретил об этом кому-либо рассказывать. Он очень опасался за ее жизнь, потому что был уверен в наличии в Хогвартсе шпионов Темного Лорда. Ради благодарности и похвальбы своего повелителя они пошли бы даже на убийство в стенах школы, а она жила в отдаленном крыле замка, откуда не смогла бы быстро добежать до ближайшего кабинета преподавателя. Теперь все дни и ночи Пандора проводила в личных комнатах профессора Снейпа. Но вопреки разумным подозрениям все было в пределах дозволенного. То есть, он не переступал грань «учитель-ученица», не настаивал на чем-то большем, чем поцелуй, спал отдельно, в одежде и за закрытой дверью в собственной гостиной — свою спальню он уступил Пандоре.