Они бежали еще дальше, куда вел коридор. Но у всего есть конец, тупик.

— Завал! Мама, сделай завал!

Гарри упал, идя с закрытыми глазами по коридору. Перед ним находилась целая груда обломков. Трепеща всем сердцем, он начал звать их по именам. Рука, в которой он держал палочку, немела, заклинание все еще тянуло на себя кровь.

— Мама! Сириус! Эви!

Завал был сделан качественно, но уже кем-то разбросан и создан заново, он явственно это ощущал. Может, им удалось продержаться дольше?

— Бабушка?

За завалом ему послышался какой-то звук — что-то упало дальше по коридору… А вдруг они живы, но ранены? Вдруг все настолько плохо, что они даже не могут позвать на помощь, а последняя палочка, которая у них была, сломалась? Отчаянная надежда вызвала в нем огромную силу. Гарри продирался сквозь завалы, не обращая внимания на гвозди, торчавшие из досок, на осколки стекол, режущие кожу.

— Мама! Сириус!

Он упал на пол, когда зацепился штаниной брюк за какой-то гвоздь, но это его не остановило.

— Esto momentum!

— Его не остановить этим!

— Лили, мама, сюда!

Они исчезли за поворотом коридора, в темных закоулках своего дома. Лили трясущимися руками прижимала дочь, придерживала её кудрявую рыжую головку. Её испуганные крики оборвались, едва она увидела Тёмного Лорда; Эви молчала, глядя перед собой пустыми глазками, больше ни звука не производила.

— Что здесь, мама? Что это за место?

— Это хранилище старых артефактов нашей семьи, кладовка!

Вальпурга была в панике. Лили, выглядывающая в коридор, вскрикнула, когда завалы были разворочены одним мановением палочки. Ее лицо побледнело, Эви на руках притихла, вжимаясь в маму.

— Беги, женщина… Беги… Твое время истекло.

— Оставь нас!

Лили в слезах захлопнула перед ним дверь, как четырнадцать лет тому назад…

Гарри мутило, когда он уперся лбом в доску, когда-то бывшую дверью. Она перегораживала проход на уровне его лба — больше преград не было. У него остались силы только на одно заклинание, дальше было опасно для жизни.

— Esto momentum!!!

— Ищи, мама, ищи что-нибудь! Должно же быть что-то стоящее!

За дверью торопливо копошились. Темный Лорд стоял перед последней преградой, и на его лице было написано ужасное торжество. Жажда крови, какой он всегда отличался.

Звуки за дверью затихли, слышались только тихие рыдания Лили. Неужели они смирились со своей судьбой? Этого он позволить не мог…

Дверь разлетелась в щепки, и он безбоязненно шагнул во тьму последней комнаты. Визг, страшный, пробирающий до костей, разнесся по всему дому…

Гарри сидел на коленях перед комнатой. Ему было все очевидно, осталось лишь сделать тот же последний шаг, что отделял Темного Лорда от торжества, а его — от беспросветного отчаяния. Собравшись с силами, он встал и зашел, сморщившись от ужасного запаха.

Сперва он опирался о стену, пока не заметил что-то липкое на руке. Свет палочки ярко осветил последнюю комнату. Не сдержавшись, Гарри упал на колени, и его вырвало.

Стены покрывала кровь. Красная, густая, запревшая, один запах которой вызывал отвращение. Здесь тоже не было ни одного целого шкафа или картины. Но все их обломки покрывала кровь.

Его донимали сухие рыдания, такие глубокие, что Гарри не мог вздохнуть. Он валялся на полу, залитом вонючей кровью, и плакал как Руди. Ногтями впивался в деревянный пол, которого и видно толком не было. Занозы загонялись прямо под ногти, но он не чувствовал этой боли. Он бился лбом об пол, отчаянно желая, чтобы сознание покинуло его.

Эви… Мама… Сириус… Бабушка.

В коридоре раздался шум, но это пробирались Грюм и Драко, деликатно задержавшиеся в кабинете главы Аврората. Гарри не заботило, что он услышит от них. Лучше бы они оставили его тут.

— Мерлин…

Драко первым вошел в комнату, сдерживая рвотный позыв. В ужасе он оглядывал комнату. Грюм зашел вторым.

— Ублюдок…

Они молчали, не зная, что сказать. Грюм не выдержал первым и вышел. Драко еще немного постоял и прошлепал по лужам крови к валяющемуся на полу другу.

— Поттер… Вставай, Поттер… Гарри! Нельзя тут больше находиться. Дом уничтожат. Скоро прибудут магловские власти. Грюм должен уничтожить дом.

— Я должен попрощаться, — глухо ответил Гарри, не двигаясь с места.

— Не с кем.

Друг крепко сжал его за плечи и поднял на колени. Гарри чувствовал, как весь обтекает кровью, но ему было все равно. Так они и направились к выходу из комнаты.

Но не все оказалось так просто. Потому что сзади из помещения, не проветриваемого даже вентиляцией, на них налетел ледяной ветерок.