Гарри поднял голову. Сова действительно только что влетела в открытое окно для сов и теперь кружила над столом Слизерина, выискивая место для посадки. В клюве у нее было письмо. Когда сова села на его протянутую руку, Гарри угостил ее вафлями, а сам мельком глянул на печать рода Блэк. Письмо Руди больше не содержало высокопарных фраз, коими его, наверное, пичкала в избытке Вальпурга, было простым и жалостливым в изложении.

«Привет, Гарри.

Я так скучаю по тебе и по отцу, скорее бы папа вернулся. Мама сказала, что ты теперь участвуешь в Турнире Трех Волшебников, а я много читал про Турниры. Это очень опасно, однажды ребята сражались с василиском, и василиск убил одного человека взглядом. Будь очень осторожен, Гарри, пожалуйста! Мы с мамой, бабушкой и Эви очень сильно переживаем за тебя.

Эви растет. Тоже скучает по вам. Мама целыми днями варит свои зелья, а бабушка учит меня этикету и поведению в элитном обществе. А я к вам хочу в Хогвартс, как в прошлом году.

Пожалуйста, напиши, Гарри, маме, чтобы она, когда поедет в Хогвартс, взяла меня с собой. И папу поскорее верни домой.

Жду тебя с нетерпением.

Твой брат, Руди»

— Он совсем скоро вернется, — печально ответила Гермиона, глядя в письмо. — Бедный Руди. Ему нелегко это понять.

— Я так по нему скучаю, — вздохнул Гарри и сразу достал письменные принадлежности, чтобы написать ответ.

— Даже пудинг по привычке не попросил, — заметил Невилл.

— Он справится, — уверенно ответил Гарри и опустил перо на пергамент.

«Дорогой Руди,

Знал бы ты, как я скучаю здесь без вас. Очень тяжело смотреть, как личину нашего отца носит темный волшебник, и он совершенно не похож на папу. Но я обещаю, мы скоро с ним справимся, и отец вернется домой.

Маме передавай привет, скажи, что я готов к испытаниям, и пусть не тревожится. Бабушка, наверное, гордится мной — пусть мама берет с нее пример и знает, что я справлюсь с любыми драконами и василисками, лишь бы снова увидеть вас всех. Я напишу маме, и она обязательно возьмет тебя на Турнир, но обещай мне, что не будешь бояться дракона!

Я очень рад, что Эви растет. Наша дорогая сестра будет самой красивой умницей, уж мама и бабушка ее воспитают правильно. Береги ее и целуй от меня — сам я дорого дал бы, чтобы сделать это лично.

Невилл заметил, что ты даже не попросил пудинг по привычке, и прямо сейчас я, сидя за столом в Большом Зале, соберу тебе пирог с патокой. Угости маму, бабушку, Эви, если ей уже можно есть пироги.

Я очень люблю вас и в свою очередь жду с нетерпением на первом туре Турнира, он состоится двадцать четвертого ноября.

С любовью, твой брат, Г. Поттер»

Глава 51. Хорек участвует в похищении

Так довольно незаметно прошел целый месяц, и этот месяц Гарри жил предстоящим спасением Сириуса. Это было единственное светлое облачко на горизонте, который никогда не казался чернее. Потрясение от свалившегося как снег на голову участия в Турнире слабело, но страх перед надвигавшимся первым туром так и не приходил — просто он маячил на горизонте, как огромное чудовище, которое ни обойти, ни объехать. А чего бояться событий, которые так или иначе настанут?

Ему помогали справляться с непростым бременем друзья. Насмешников стало меньше стараниями Драко, который всякий раз достойно им отвечал; Гермиона находила в книгах много новых заклятий, которыми можно сразить дракона — по правде, Гарри и не собирался пользоваться палочкой, и она помогала ему, составляя с ним план, как побыстрее достать яйцо; Невилл в паре с профессором Снейпом сварил — вот парадокс! — великолепное Оборотное зелье за этот месяц. Они разлили зелье по флаконам, рассчитанным на полтора часа действия, и Седрик с Драко обменялись пучками волос, чтобы не тревожиться об этом накануне тура.

Седрика мучила совесть за то, что Драко будет подвергать свою жизнь опасности, но, к счастью последнего, ученики факультета Хафлпафф не обладали безрассудной храбростью (оставался вопрос, где ее накопал Драко), а были разумны и прекрасно понимали дружеские порывы. Малфой сказал Седрику, что именно такой порыв побудил его пройти Турнир за него. Но чем ближе становилась дата первого тура, тем сильнее при воспоминании о нем трясло Драко, который вопреки своим утверждениям, безумной смелостью не обладал. Ему казалось, что жизнь вела его к тому, чтобы на этом туре и завершиться. Что уж тут сказать: драконов он видел не с арены, как Гарри, а с трибун.

Гермиона тренировала и его. Они занимались по ночам в отдаленных частях замка, в пустых классах и в Выручай-комнате, один на один. Правда, это было все, что знал об их отношениях Гарри. Вполне возможно, потерянный перед первым туром Драко и думать забыл о стоящих перед ним возможностях, посвящая все свое время только упражнениям в магии. Гермиона все рассказывала по секрету Джинни, а Джинни шла к Гарри и обо всем с ним говорила.