— Замечательно, даже я не ответил бы точнее, — похвалил Гермиону Люпин, и та зарделась. — Так вот, боггарт в гардеробе еще ни на что не похож. Он не знает, кого и чем станет пугать. Как он выглядит, неизвестно, но стоит его выпустить, он тут же станет тем, чего мы боимся больше всего на свете. — Рон дико вытаращил глаза и что–то забормотал. — А это значит, — продолжал профессор, — что у нас перед боггартом огромное преимущество.

— Нас много, — подсказал Невилл на незаданный вопрос.

— Верно. Поэтому с боггартом лучше сражаться вдвоем, втроем, вообще, чем вас больше, тем лучше. Он сразу теряется, не может выбрать, в кого ему превратиться. В безголового мертвеца или огромного плотоядного слизняка? Однажды боггарт на моих глазах хотел напугать сразу двоих и превратился в половинку слизняка. Вот смеху–то было! Заклинание против боггарта простое, нужно только одно: хорошенько сосредоточиться. Лучшее оружие против него — смех. Превратите его во что–нибудь смешное и рассмейтесь, он тут же исчезнет. Сперва поучим заклинание без волшебных палочек Повторяйте за мной: Ридикулус!

— Ридикулус! — хором воскликнули ученики.

— Замечательно! Но это самая легкая часть. Волшебное слово само по себе вам не поможет. Тут–то как раз мне и понадобится, Невилл, твоя помощь. Подойди сюда.

Гардероб снова задрожал. Гарри с интересом подался вперед. Что бы теперь ни страшило Невилла, относился он к этому со смелостью, без боязни показать свой страх одноклассникам. Ребята зашептались, ободрившись — никто не хотел выступать первым.

— Невилл, — Римус встал рядом с ним и показал палочкой на шкаф. — Чего ты боишься больше всего?

— Змей, — уверенно ответил парень. — Мое хобби — травология. Неприятно столкнуться с живой змеей, когда лезешь за особо жирным клубнем к земле.

— Отлично, — улыбнулся Люпин. — Когда я открою дверь гардероба, боггарт примет вид твоего страха. Бояться нечего. Представь себе как можно ярче какую-то смешную вещь, в которую тот может обернуться, и заколдуй его. Заклинание — еще раз! — Ридикулус!

— Ридикулус! — повторил класс.

— Начнешь, Невилл, на счет «три». — Профессор Люпин нацелил палочку на дверь гардероба. — Раз, два, три!

Из волшебной палочки вырвалась струя искр и ударила в ручку двери. Гардероб распахнулся, из него прямо на Невилла выползла огромная зеленая змея, с шипастым гребнем, с капюшоном и огромными клыками. С них капал яд. Вот-вот набросится… Невилл отшатнулся, но волшебной палочки не опустил, шепча заклинание одними губами. Змея взаправду угрожающе зашипела, дети побледнели.

— Ридикулус! — выкрикнул Невилл. Раздался щелчок, и змея покачнулась, вмиг обратившись в болванчика с дергавшейся головой. Все так и покатились со смеху. Боггарт растерялся и замер как вкопанный.

— Парвати, теперь вы! — крикнул профессор Люпин. Парвати уверенно вышла вперед. Голова болванчика замерла. Щелчок — и вместо него появилась обвитая пеленами в кровавых пятнах мумия. Она слепо уставилась на Парвати, вытянула руки и, медленно волоча ноги, поплелась к девочке…

— Ридикулус!

Путы на ногах мумии развились, заплели ноги, и мумия ничком грохнулась на пол, голова оторвалась и покатилась по полу.

— Симус, — вызвал Люпин.

Симус стрелой выскочил к привидению. Щелчок — и вместо мумии появилась баньши, костлявая ведьма–привидение с длинными, до пола, волосами и зеленым лицом — вестница смерти. Она широко раскрыла рот, и комната огласилась пронзительным воплем, от которого волосы на голове у Гарри встали дыбом.

— Ридикулус! — крикнул Симус.

Баньши захрипела, схватилась за горло: совсем пропал голос. Щелчок — вместо нее крыса гонится за своим хвостом. Еще щелчок — и мышь обернулась бешеной собакой, которая скалила окровавленные зубы, и вдруг превратилась в гигантского осьминога.

— Смотрите, он растерялся! — крикнул профессор Люпин. — Скоро совсем сгинет. Дин, ваша очередь!

Дин выбежал к боггарту. Щелчок — на полу запрыгала оторванная рука и по–крабьи поползла к Дину.

— Ридикулус! — заорал Дин.

Хлоп — руку захлопнула мышеловка.

— Браво, Дин! Теперь Рон.

Рон выскочил на середину комнаты. Щелк! Огромный, ростом выше взрослого человека, косматый паук, угрожающе клацая жвалами, пошел на Рона. Кто–то взвизгнул, Рон на мгновение оцепенел и вдруг как взревет:

— Ридикулус!

И ног у паука как не бывало, он покатился к Лаванде Браун. Та, пискнув, отскочила. Паук покатился к Драко, и тот, смеясь, вышел вперед.

В этот миг развеселившийся Гарри понял, что сейчас случится страшное. У детей и у взрослых разные страхи: те, кто постарше, повидали жизнь, а им довелось увидеть столько кошмаров. Он не успеет добежать, вот боггарт и Драко уже лицом к лицу!.. И Люпин занят наведением порядка.

Снова щелчок, и перед другом образовалась серая панорама, заполненная красным туманом. И он будто бы снова в самый кошмарный сон окунулся. Яркая вспышка озарила класс до самых темных углов, и от грохота сотряслись стекла окон.