Гарри бесстрашно ступил вперед и вдруг заметил, что из всех учеников он один вышел. Кое–кто забрался на ближайшее ветвистое дерево, кто–то спрятался за спинами более храбрых (слизеринцев среди них не было), а некоторые стояли рядом с Амбридж, которая держала трясущуюся палочку нацеленной на них. Драко усердно делал вид, что у него очень сильный насморк, поэтому ему просто необходимо находиться ближе к выходу из загона. Конечно, Гермиона стояла рядом с ним, и, пока никто не заметил его самого, Гарри отошел к друзьям.

— Ты чего здесь стоишь? — он развернул друга за плечо к себе.

— Безрассудное гриффиндорство у меня не в чести, — Драко с опаской смотрел на приближение крылатых. — Ты, помнится, получил когда–то несравненное удовольствие от полета на гиппогрифе, а для меня это был кошмарный год.

— А мне казалось, — вкрадчиво заметил Гарри. — Ты был счастлив, что Хагрида так подставил.

Друг отмахнулся, и встал рядом с Гермионой, придерживая рукой палочку в рукаве.

— Не надо меня винить за те грехи, я давно уже поумнел.

Гарри с сомнением хмыкнул.

Хагрид привязал зверей к частоколу, ученики опасливо попятились.

— Знакомьтесь! Гиппогрифы! — восторженно махал рукой лесничий. — Красавцы, а!

Гарри мог, в общем–то, его понять. Изумление при виде коней–орлов быстро сменилось восхищением, вызванным их изяществом и игрой красок. Одетые перьями голова и холка плавно переходили в лоснящийся торс. И все они были разные — сизые, рыжие, красные, каштановые и аспидно–вороные.

— Ну как? — Хагрид потер ручищи одну о другую. Лицо его сияло восторгом. — Если хотите, можете подойти ближе.

Драко глухо откашлялся в рукав и заозирался с видом, будто забрел сюда случайно.

— Я, — смело вызвался Гарри. И, толкнув друга, шепотом ему сказал. — Не будешь злить гиппогрифа, не ударит. Не подводи Хагрида еще раз, гриффиндорцы ведь тоже не устоят, если мы вперед выйдем…

— Кхе–кхе… — Хагрид, обрадованный вызвавшимися добровольцами, опустил руки и воззрился на Амбридж. — Мой долг, как представителя Министерства, напомнить вам о том, что эти существа внесены в список самых опасных существ. Вы, как преподаватель Хогвартса, знаете об этом?

— Э–э, — великан растерялся. — Конечно.

В рядах выступивших вперед гриффиндорцев проскользнула паника. Несколько слизеринцев подались обратно в толпу, когда из стаи гиппогрифов к ним выступил серо–сизый, обласканный, с красивыми золотыми глазами.

— Это Клювокрыл, — простодушно представил гиппогрифа Хагрид и потрепал того по холке. — Гиппогрифы — хорошие существа. А этот малыш — мой любимчик, добряк. Всегда чистит перья, да…

Но если Амбридж кто–то не нравился, его оправдания уже не имели значения. Будь Хагрид профессором года, общепризнанным гением и даже личным другом министра — все его заслуги в глазах инспекторши перечеркивались одним небольшим минусом. Он великаньей крови. Эти мысли мелькали в глазах Амбридж, и быть легиллиментом не нужно, чтобы видеть это.

Хагрид, запинаясь, пытался убедить ребят, что приближаться к гиппогрифам совершенно безопасно, и Драко, увидевший взгляд друга, медленно вышел вперед.

— Профессор Хагрид, — произнес он твердо. — Мне очень интересно, где водятся гиппогрифы в дикой природе?

— Отлично, Драко, — подхватил нить беседы ободрившийся Хагрид и с надеждой окинул взглядом ряды студентов. — Может кто–нибудь ответить на этот вопрос?

Гермиону и в бок не нужно было тыкать — девочка медленно подняла руку, прижимая к себе учебник.

— Да, Гермиона? — обрадовался лесничий.

— В магической Англии не подходящая среда обитания для гиппогрифов, — проговорила она без запинки. Амбридж, поджав губы, что–то начиркала в своем блокноте. — Они распространены на севере, где известны с давних времен. Живут в норвежских горах неподалеку от фьордов, гнездятся на скалах и утесах.

— Как же они стали известны в Англии? — спросил Дин Томас.

— В 1957 году на севере проходил Турнир Трех Волшебников. После его окончания наши маги заинтересовались необычными существами и привезли их в Англию для изучения…

— Где они были внесены в Статут о Секретности и список опасных магических существ, — повторила Амбридж.

Зная великана, Гарри точно мог сказать, что тот не знает, к чему ведется разговор. И первый урок был бы безнадежно испорчен, но тут Гарри сам выступил вперед.

— Отдел регулирования магических популяций относит гиппогрифов к классу опасности «С» и не ровняет с горными троллями или драконами.

Амбридж удивленно воззрилась на него. Гарри почти видел цепочки мыслей, цеплявшиеся одна за другую в ее голове.

«Так вот с каким напутствием отпустил тебя Фадж»

— Мистер Гарри Поттер, я полагаю?

Она расплылась в самой сладкой жабьей улыбке, какую только смогла из себя выдавить. Увидев ее, Драко подавился и закашлялся.

— Все верно, — прохладно откликнулся Гарри и, повернувшись к ней спиной, ступил к Клювокрылу первым.