— Зачем? — спросил Гарри, чтобы прервать затянувшееся молчание.

— Времена тяжелые настали, — вздохнул Фадж. — Тебе ли не знать, что происходит в Хогвартсе. Ученики в опасности, василиски, тайные комнаты… Родители боятся отпускать детей в школу, не зная, что их там ждет в этом году. Не можем, увы, закрыть глаза и на то, что в обоих случаях Дамблдор попытался скрыть происходящее от Министерства. Что нам говорить людям?

— Как и всегда, что все будет хорошо, — предположил Гарри и уселся в кресло у камина, как в старые времена. — Аластор Грюм, мне кажется, неплохо справляется со своими обязанностями, и авроры подразделения «Альфа» уберегли Хогвартс от беды в прошлом году.

— Однако как нам быть уверенными, что в этом году не случится еще какой беды? — быстро спросил Фадж. — Пускать дела на самотек очень и очень безответственно, Гарри.

— Это школа волшебства, сэр. В месте, где собраны столько юных волшебников под присмотром горстки профессоров, всегда будет что–то происходить, а уж чудеса самого Хогвартса и вовсе не все изучены.

— Я рад, что ты понимаешь, что нужно наводить порядок в школе, — обрадовался министр, и котелок в его руках завращался с такой скоростью, что превратился в размытое пятно. — Конечно, я пошлю своего человека в Хогвартс, чтобы проверить установленный порядок. Давно нужно провести инспекцию профессоров…

— Простите, сэр, но Министерству, на мой взгляд, не нужно вмешиваться в дела Хогвартса. Дамблдор держит все под контролем, и вмешательство другого человека с большими полномочиями так или иначе отразится на установленном в школе порядке.

— То есть, по–твоему, это порядок?.. Гарри, — вспомнил Фадж, что говорит не с одним из своих подчиненных, и снова вымученно улыбнулся. — Дамблдор для многих кумир, его популярность практически равна вашей или моей. Насколько вам должно быть известно, Гарри, ему уже несколько раз предлагали пост министра магии…

Пока министр определялся, как его величать, Гарри мельком глянул на его мысли и ухмыльнулся. Фадж неисправим.

— В последнее время наши отношения немного испортились.

— Да, я читал о вашей ссоре в «Ежедневном пророке».

— Политикой интересуешься, Гарри? — подмигнул ему Фадж.

— Текущим положением дел в магическом сообществе, — Гарри внимательно на него глядел.

— Ну да, — кажется, министру было не по себе от его взгляда. — Итак, я хотел бы предложить тебе сотрудничество, Гарри.

В свое время и Скримджер предлагал Гарри сотрудничество несколько иного формата. Почему–то оба предложения подразумевают под собой некое противодействие с Дамблдором, которого Гарри не хотел. Отношения с ним были налажены с трудом, а осознание того, что его старый учитель с ними заодно, придавало ему сил. Фадж совершал ту же ошибку, что и Скримджер, но упрекнуть его Гарри не смел, во–первых, из–за своего возраста; во–вторых, Фадж просто не понял бы, о чем он говорит.

— Какие у вас планы на будущее? — Фадж искал зацепку, чем его можно заинтересовать, так как в его голове бродили мысли, что мальчик вовсе не так прост. К тому же слизеринец, а о корысти этого отдельного, как он не побоялся думать, слоя общества знали все. — Понимаю, рано еще думать о работе, обучении после школы, но все же?

— Я стану преемником Аластора Грюма, — честно ответил Гарри, едва сдержавшись, чтобы не улыбнуться.

— Аврорат! — воскликнул Фадж обрадованно. — Для этого нужно пройти все ступени обучения и карьерную лестницу. Боюсь, только годам к сорока…

— Я справлюсь к двадцати семи. Считайте меня ясновидящим.

— С должной поддержкой — справитесь, — поддержал его Фадж бодро. — Должен сказать, Грюма уже давно подпирают в спину молодые преемники, и один из них — Руфус Скримджер — станет достойным главой Аврората. Я намерен в скором времени сместить Аластора, но мог бы предоставить вам возможность поговорить со Скримджером о вашем будущем.

Гарри чуть в голос не расхохотался. Безумно интересно, что сказал бы Грюм, узнай он об этом разговоре. Вероятно, детей из комнаты, где он вздумал бы выразить свое мнение, придется удалить, а в остальном… Он не стал изображать провидца и намекать, что через пару лет Скримджер, возможно, сменит его на должности министра, а его место займет совершенно не подготовленный к столь непростым обязанностям Гавейн Робартс. И после войны упадок Аврората сможет остановить только сам Гарри.

— Я слушаю вас, — поторопил его Гарри.

— Если бы, скажем, вы, Гарри, какое–то время сообщали мне, чем занимается Дамблдор и как в школе обстоят дела, мы могли бы заключить взаимовыгодное соглашение.

— Для меня ваша просьба была очевидной, как и мотивы. Но есть ли смысл? Возможно, не стоит доверять такое дело человеку, который заведомо близок к Дамблдору настолько, что может легко отказать? Может, проще повесить эту обязанность на вашего инспектора?

— Мне бы хотелось слышать мнение двух людей, чтобы найти истину было легче.