— Сэр, — обратился к нему Гарри, тоже вставая. — Уоррингтон и с ним одна девушка ушли из гостиной за четверть часа до нападения.

Снейп присел рядом с девочкой и провел над ней палочкой. Его морщины углубились — в свете палочек и лунного света они показались некрасивыми вмятинами на лице, и колючий взгляд не добавлял профессору красоты.

— Жива, — с облегчением удостоверился он. — Мистер Дотер знает, зачем вы покинули гостиную? А мисс Спайдерс?

— Он — да, она — нет, — отрапортовал Драко. — Он не хотел выпускать нас сначала, но мы отпросились за Уоррингтоном. Поттер отпросился. Я пошел сам.

— Нашли этого болвана?

— Нет, сэр.

— Поттер, — Снейп поднял чарами Левитации тело Чжоу и повернулся к нему. — Есть предположения?

— Есть, сэр, — подумав, ответил Гарри. — Я расскажу вам позже все.

Со стороны коридора Равенкло донесся тихий смех парня и хихиканье девушки. Гарри и Драко переглянулись и наложили на себя невидимость.

— В гостиную идите, — приказал шепотом Снейп, направившись в ту сторону. — Я сам расскажу все директору. До завтра не выходите больше!

Дважды повторять им было не нужно, и Снейп только чутьем догадался, что эти двое ушли. С шипением заколебалось пламя факела в конце коридора у лестницы, и декан Слизерина повернулся к гостиной Равенкло, откуда в его сторону и шли два студента. Увидев их ошарашенные лица при виде декана, держащего чье–то тело в состоянии левитации, Снейп напустил на себя свой привычный вид.

— Месяц отработок по вечерам тому и другому! — прошипел он. — Один у меня, второй у Филча. Делитесь сами. Марш в свою гостиную!

Судя по ужасу в глазах студентов, они решили, будто он действительно кого–то убил. Снейпу, однако, было не до них. Он отвернулся и пошел к лестнице, зная, что ослушаться его они не посмеют. Тело девочки летело перед ним, и когда на нее падал свет луны из окон, выглядело это действительно ужасающе.

Школа словно вымерла. За исключением Поттера, Малфоя и тех двух студентов он никого не встретил — ни добираясь за Патронусом туда, ни шествуя с парящей над ним мисс Чанг обратно. Даже привидения куда–то попрятались, словно все почувствовали, что василиск на охоте.

Сказать, что Снейп охотно пошел за Патронусом — ничего не сказать, но резкое слово «Нападение», произнесенное голосом Поттера, заставило его сбросить сонную негу и устремиться в коридоры. Видеть погибших детей, их изуродованные тела ему приходилось в прошлом не раз, и своим опытом Северус мог потягаться с любым аврором. Не раз и не два он видел во сне всех, кого убили на его глазах, и пытался забыть. Безжизненно повисшие в воздухе руки студентки, ее бледное лицо, переворачивающееся на лету грозили обернуться для него ночным кошмаром, походящим на те, что уже много лет его не мучили. Снейп ненавидел Темного Лорда.

А там, в тех годах, которые остались в прошлом, на безымянных кладбищах покоятся сотни мертвых… И, наверное, он понимал Поттера, на долю которого выпало помнить и видеть происходящее заново. Снова и снова… Дамблдор немало раз гонял его по воспоминаниям, выискивая ценные сведения, не щадя его рассудка, не думая, что это мучение для него. Возможно, подумал Снейп, потому он и стал таким язвительным, неприятным человеком, которого боялись и не любили, ведь мало кто может остаться нормальным после того, что выпало пережить ему.

Тогда он держался мыслями о Лили. Это, несомненно, удобно: манипулировать чувствами других, особенно чувством любви. Отличный стимул для человека, потерявшего все. Северус и сейчас был готов на все ради победы, но как остаться прежним после новой, будущей войны, как выжить не физически, а морально?! Лили давным–давно стала чужой, ее сын больше не напоминает ненавистного Джеймса, а Блэк и Люпин спокойно ходят к нему на чай. И только пустота, возникающая в одинокие вечера в самом пространстве его кабинета, напоминает о том, что он ничего не добился для себя, что все его стремления — иллюзия и самообман, и жизни без войны он больше не представляет. Не ждет его семья за обеденным столом, жена, вероятно, красивая и, главное, умная, не спросит, как прошел его день.

А тем временем на безымянных кладбищах покоятся целые семьи, у которых он отнял все то, о чем сам мечтает вечерами… Лежат мужчины, которых он убивал. Женщины, над которыми перед смертью еще издевались те, кого он звал друзьями. Дети, которых он не смог защитить…

Глаза Чжоу Чанг сверкнули в свете факела, и Снейп отвел глаза. Больничное Крыло оказалось совсем рядом.

— Кто там? — на стук выглянула заспанная мадам Помфри и чуть не выронила очки из рук. — О Мерлин, Северус!.. Что произошло?

— Нападение, — известил ее Снейп, опуская девочку на пустую койку. — Еще одно.

— Мерлин, что скажет директор… Бедная девочка!