— Доброе утро! — произнес он. — Давно встали?

— Позже тебя, — проворчал Драко, одеваясь. — Ты чего такой бодрый, аж смотреть неприятно… Два дня высыпался до первого сентября?

— Нет, я лег не в час ночи, — посочувствовал Невилл.

Холодная вода освежила Гарри. Умывание всегда помогало ему прийти в себя, и сейчас он смотрел на свое отражение в зеркале, а мысли медленно начинали свою работу, прогоняя сонливость. Даже не верилось, что ему еще двенадцать. Детства, которое он хотел, у него почти не было, ведь в голове сидел взрослый мужчина, скептик и реалист. В зеркале на него смотрел ребенок с удивительно взрослым взглядом…

Построение прошло как обычно. Майкл и Миранда рассказали первокурсникам о правилах касательно построений, тяжелых сумок и поведения за столом. Джинни вопреки мнению друзей восприняла все спокойно, словно с детства подчинялась подобным правилам. Слизерин как факультет был ей настолько симпатичен, что девочка готова была мириться с ранним подъемом и вечерними надоедливыми построениями, обособленностью от других факультетов и жесткой дисциплиной.

За завтраком друзья сели ближе к первокурсникам среди второго курса. Правилам они подчинялись и с Джинни были рядом — это не обсуждалось.

— Я так рада, что я тут! — едва еда появилась на столах, Джинни решила поделиться впечатлениями. — Честно говоря, я не думала, что факультет настолько сплочен внутри. Я сразу подружилась с ребятами. Мне говорили о Гриффиндоре братья, что он лучше, но я не знаю, что действительно может казаться лучшим на фоне Слизерина.

— Факультеты глядят друг на друга сквозь разные призмы предвзятости, — объяснил ей Гарри, подвигая ближе вазу с фруктами. — Сидя за столом Гриффиндора, ты увидела бы чистокровных снобов, богатеньких мальчиков и девочек, которые свысока глядят на всех. Отсюда ты увидишь беспорядок и отсутствие дисциплины на других факультетах, откровенное свинство и иногда открытую враждебность. Неизвестно, кто построил между нами эту стену, но она до сих пор стоит. Мы видим в тех факультетах то, какими сами не хотим быть, а они… Соответственно, то же самое.

Студенты других факультетов спешно прибывали на завтрак. Когда поток ребят в Большой Зал уменьшился, где-то под потолком распахнулось окно, и совы полетели к хозяевам. Гарри сразу заметил Буклю — она несла тяжелый пакет и письмо.

— Поттер, ты знаешь, что твоя бабушка готовит лучше всех домовиков Хогвартса, вместе взятых? — закадычным голосом произнес Драко, и вся компания рассмеялась.

Букля ласково клюнула его, когда он протянул ей кусок мясного пирога со стола. Конверт с письмом упал прямо в тарелку, и пришлось выуживать его из яичницы.

Писем было два — от родителей и от Руди. Мама как всегда беспокоилась, как он доехал, вежливо справлялась, куда поступила Джинни и как ей факультет. Сириус снизу приписал, что дневник еще не найден. Руди учился писать, и, хоть его каляки с трудом можно было различить сквозь кляксы, Гарри долго сидел над его расшифровкой и не сдавался.

«Гарри, привет! Я скучаю. Пришли мне что-нибудь из Хогвартса! А я тебе пришлю шоколадную лягушку и твое любимое перо, которое ты забыл, потому что я спрятал его под твоей кроватью!

Руди»

— Он такой милый! — восхитилась Гермиона, заглянув в клочок бумаги, который Гарри держал в руках. — Я так мечтала о брате, но мама с папой сказали, что подумают, и забыли…

Гарри улыбался. Маленький брат и у него вызывал нежность. Подумав, он оглядел стол.

— Невилл, передай-ка мне вон тот шоколадный пудинг!

Драко принюхивался к бумажному пакету, от которого исходил сильный аромат пирожков с картошкой.

— Да бери уже, бери! — хмыкнул Гарри, получив пудинг.

— Вот это другое дело! — довольно провозгласил друг и раскрыл пакет.

Ребята засмеялись и, спросив разрешения, тоже взяли по пирожку. Гарри достал палочку — сейчас у него было дело поважнее. Пудинг оказался завернут в трансфигурированную из салфетки оберточную бумагу. Достав новое перо и пергамент из сумки, Гарри принялся писать брату-озорнику.

«Привет, мелкий! Вот расскажу профессору Дамблдору, что ты меня не слушаешься, а он тебе не пришлет письмо через три года! Ладно, присылаю тебе подарок, ешь, чтобы мама не видела, и только после еды.

Тоже скучаю, Руди!

Г.Поттер»

Написав на другом пергаменте пару строк для мамы, он отдал Букле письмо и пакет. Сова встопорщила перья, увидев, что ее опять пытаются эксплуатировать переносом тяжелого пакета.

— Он легкий! — успокоил ее Гарри. — Букля, отнеси пакет и письма Руди, маме не показывайся, ладно?

Букля раздраженно ухнула и улетела. Взгляды многих в зале провожали белую сову, резко выделявшуюся из облака серых сов и филинов.

— А я о сестре мечтала, — фыркнула Джинни в ответ на фразу Гермионы. — Но уже не судьба, так что мне с детства ты, Гермиона, как сестра. Мы с тобой и росли вместе, и учились. Интересно, кто быстрее замуж выйдет!