Гарри отошел от них, чтобы поискать свои подарки. К нему тут же пристал Руди, протягивающий какую-то машинку.

— Поиграй со мной! — попросил брат.

Гарри взял и осмотрел ее — обычная магловская машинка на радиоуправлении. Подарок Гермионы, скорее всего. Стоит ли говорить, что в батарейках пульт управления не нуждался?

— Как в нее играть? — спросил Рудольф, и Гарри присел на корточки рядом с маленьким братом.

Пульт оказался у него в руках, и мальчик нажал на кнопку «Вперед». Машинка поехала, и брат проводил ее изумленным взглядом.

— А она еще летать умеет, — подскочила Гермиона. — Дай покажу!

Оставив подругу с Руди, Гарри встал на ноги и повернулся к горе подарков. За всей этой суматохой он так и не смог добраться до главного. Руки деловито перебирали свертки, коробки, пакеты, откладывая в сторону свое и отодвигая ненужное. Маленький серебристый сверток лежал в самом дальнем конце и был завален другими подарками. Взяв в руки пакет, Гарри взвесил на руке его — знакомый вес, давненько он не касался заветной мантии отца. К свертку прилагалась записка, и Гарри развернул пергамент.

«Дорогой Гарри! — гласила она. — Многие годы эта вещь лежала у меня и ждала своего часа, пока я смогу вернуть сыну вещь его отца. Об одном прошу — не показывай ее матери и отчиму. Стыжусь, что в день, когда она могла спасти жизнь твоего отца, находилась у меня.

С Рождеством, Гарри!

А.Д.»

— Ты не изменился, старик, — пробормотал Гарри и порвал оберточную бумагу.

На руки упала драгоценная, давно желанная ткань. Следовать просьбе Дамблдора Гарри и не подумал и тут же накинул на плечи легкую мантию. Прошло немного времени — полминуты, наверное — прежде чем заметили, что у него нет тела.

Гермиона вскрикнула, и все как по команде повернулись к нему. Снейп выпрямился в кресле, Люциус сдержанно поднял бровь. Невилл и Нарцисса удивленно разглядывали его, Гермиона побледнела. Драко, много раз на службе видевший, как друг надевает ее, даже бровью не повел.

— Мантия отца, — пояснил собравшимся Гарри. — Дамблдор прислал.

— Отличная вещь, мистер Поттер! — молвил Снейп. — Теперь, однако, и мне многое ясно из школьных времен.

— Она много раз помогала мне на заданиях, — похвастался мальчик, складывая ее обратно в пакет. — Один из Даров Смерти, принадлежащий нашему времени. Я вчера рассказывал…

— Мы помним, мистер Поттер. И мы хотели бы с вами еще раз кое-что…

В зал вышли мама и Сириус, счастливые и выспавшиеся. По очереди обняли детей, пожелали всем счастливого Рождества и перемолвились парой слов с Люциусом. Снейп, собиравшийся задать Гарри какой-то вопрос, махнул рукой и отложил разговор на потом.

Дальше был завтрак, за которым, по задумке Нарциссы, каждый должен был рассказать какую-нибудь рождественскую историю. Гарри давно так не смеялся, когда Сириус, увлекшись, рассказал историю, случившуюся с ним на шестом курсе, частично неприличную. Мама пыталась его урезонить, но тоже улыбалась. Гермиона и Невилл старательно делали вид, что ничего не поняли, но красные уши выдавали их с головой. Бабушка Невилла уехала домой, сказав, что оставить книззлов одних не может надолго, но внука оставила в гостях у Малфоев.

Рождественское утро не было испорчено мрачными разговорами и воспоминаниями из прошлого, и за это Гарри и Драко были благодарны родным. Матери устроили настоящий праздник, а Сириус, Снейп и Люциус смогли, почти позабыв былую вражду, удалиться в кабинет Люциуса, чтобы побеседовать. Женщины остались наедине с детьми.

— Ушли, — улыбнулась Нарцисса.

— Может, к десерту вернутся? — понадеялась мама Гарри.

— Вряд ли. Зная Люциуса, могу сказать, что они еще долго будут распивать огневиски из личного запаса мужа, который тот старательно прячет от меня, — усмехнулась Нарцисса. — И курить кальян.

Две женщины, отлично общавшиеся и раньше, крепко сдружились. Гарри до школы часто видел маму в компании Нарциссы, выбирающую из каталога журнала «Ведьмополитен» новые наряды, а Нарцисса часто звала их в гости. Видя такое дело, Гарри начинало казаться, что все налаживается, что все ошибки той жизни исправляются, а в этой идет так, как всегда должно было быть в идеале.

— Ну, может, покатаемся на лошадях? — спросила Нарцисса у детей. — У нас есть отличная тройка и большие просторы. Как смотрите?

— Давайте!

У Гермионы загорелись глаза, и Драко невольно обратил на нее внимание. Под мантией-невидимкой Гарри незаметно для всех пнул друга. Пусть теперь у него на лице выражение возмущения, зато не глупого детского обожания.

— Одеться тепло! — строго скомандовала Лили. — На улице холодно. Палочки не брать, не приведи Мерлин сломаете!