На улице и впрямь было холодно. Они могли бы наложить на сани сферу Тепла, но какой же тогда был прок от их занятия. Кони, запряженные в сани с бубенцами, похрапывали и переступали с копыта на копыто, готовые к веселью. Гермиона что-то радостно рассказывала насчет забав, которые приняты у маглов, и одновременно пыталась залезть в сани вперед Невилла и Руди. Гарри бросился помогать брату, Драко — Гермионе, и вскоре веселая потасовка обратилась в игру в снежки. Нарцисса и Лили, пришедшие чуть позже в конюшни, переглянулись и задорно поддержали детей. Невилл оказался не у дел, но ему периодически доставалось и от той, и от другой команды сражавшихся.

Победили Нарцисса, Драко и Гермиона и, как победители, первые заняли в санях лучшие места. Впрочем, другие тоже не остались обиженными.

Весь день они катались по сугробам и заметенным просторам земель Малфоев. Вечерело быстро, сумерки незаметно подползли. Солнце село, и на безоблачном ясном небе зажглись первые вечерние звезды. Гарри впервые ездил на лошадях, и это ему напомнило полеты на метле, только не вверх и вниз. Чувство свободы, когда впереди он видел снежное поле и темную стену леса, зашкаливало. Морозный ветер восторженно трепал его выбившиеся из-под шапки волосы. Где-то сзади весело визжали Гермиона и матери, все продолжавшие игру в снежки на ходу движения саней. Руди подзадоривал его ускорить бег коней, Драко и Невилл давно перебрались повыше к нему и собирались, пока за ними не смотрели, прыгнуть в седла…

Замерзшие и усталые, они вернулись в замок, но им было хорошо. Нарцисса сразу позвала домовиков и велела приготовить молочное какао, чтобы согреться. Лили отправила Гарри помочь Рудольфу раздеться. Гарри, улыбаясь, повел брата в свою комнату. Он почитал это за счастье — ведь они знали, что он уже был взрослым, но относились к нему с прежней лаской и заботой.

По мере спуска обратно в зал Гарри слышал все громче голоса. Руди, уцепившийся за его руку, с ребячьим недоумением глянул на него, но брат ничего не мог ему сказать. Слышались голоса Снейпа и Люциуса, к ним присоединился и голос Сириуса. Их тон был тревожным.

— Поттер! — из-за угла коридора вышел Драко и махнул ему рукой. — Мама просила не вмешиваться, идем на кухню, там поужинаем.

— А что случилось? — поинтересовался Гарри, тащивший за собой с усилием упирающегося Руди.

— Я к маме хочу! — возопил он, когда за дверями зала послышался голос Лили.

— Руди, нельзя! Так в чем дело, Драко?

— Отцу из Министерства прилетела сова, один из друзей прислал сообщение, что на завтра назначена проверка нашего замка.

— А почему его это тревожит?

— Потому что у нас дома не только картины да елки, Поттер, — раздраженно откликнулся Драко. — Наша семья — потомки черных магов, к тому же у нас крестражи. Потерять их мы не можем.

— Почему Люциус не может отказаться от досмотра и уплатить штраф? — Гарри опять говорил как глава Аврората.

— Потому что это попущение вступит в силу только лет через десять-одиннадцать, и я напомню тебе, что именно ты в роли заместителя главы Академии Аврората подписывал его.

— Запамятовал, — пожал плечами Гарри. — Тогда унесем их в дом на Гриммо, двенадцать. Нас никто не станет обыскивать.

— Дело в том, что за три дня до обыска камины отслеживаются, не проносят ли в дом темномагическую вещь. Мне ли тебе напоминать, как мы схватили Рубенсона и де’Коссе? Всего лишь слежка, на тот уже момент усовершенствованная. Камины нас оповестили, что в дом проносятся оборотные зелья и запрещенные законом предметы из Лютного переулка, среди них по протоколу череп, скрывающий в себе тайник с ядами, гипнотизирующая трость…

— Да-да! — воскликнул Гарри. — Помню. И лампу с мифическим джинном, на деле оказавшуюся распылителем смертельно опасного галлюциногена. Хорошо, мои ребята, идя на это дело, съели по безоару.

— Не суть, — отмахнулся Малфой. — Вчера Сириус принес медальон. Камины его почувствовали.

— Его не идентифицировали?!

— Нет, как я уже говорил, заклинание не усовершенствовано еще. Аврорат только получил сигнал, что что-то темное было пронесено в дом и не вынесено. Выносить нельзя, иначе Министерство заблокирует камины и занесет вашу семью в список подозреваемых.

— Знаю… Руди, там шоколадный торт! В нем сюрприз! И что нам делать?

— Что-что… Это я у тебя хочу спросить.

Братик успокоился, и Гарри спокойно завел его на кухню, где уже сидели Гермиона и Невилл. Лили торопливо накрывала на стол, но было видно, что спешила.

— Гарри, там небольшие проблемы, посмотри за Руди, я должна бежать…

— Мама, я с тобой, — уверенно ответил Гарри. — Гермиона, Невилл, присмотрите за Руди?

Гермиона согласно кивнула, но мама казалась непримиримой.

— Сынок, там правда взрослое…

— Я знаю, что там происходит и по какой причине. Я взрослый, мама, давно уже. Мне одиннадцать лет, — улыбнулся он, смягчая жесткие слова.

Лили заколебалась.

— Ладно, идем. Гермиона, деточка, присмотри, пожалуйста, за Рудольфом.