Это ощущается как дежавю — я перекатываюсь по лесной земле с большим трёхцветным волком. А потом он уже надо мной, я смотрю на него снизу вверх, и мы оба тяжело дышим, воздух между нами дрожит. По моему телу пробегает дрожь, шерсть исчезает. Кости трещат и перестраиваются в обратном превращении, пока я снова не становлюсь человеком и не смотрю в эти серо-голубые глаза, на которые смотрела уже тысячу раз, но этой ночью всё будто впервые. Потому что именно в этот момент я чувствую, как между нами щёлкает связь пары — так сильно, что кажется, я могу протянуть руку и коснуться её.

— Пара, — недоверчиво шепчу я, поднимая ладонь и обхватывая челюсть Джакса. — Мой.

Из его груди вырывается удовлетворённый рык, а губы расплываются в ослепительной улыбке. — Пара.

Он нависает надо мной, удерживая себя на руках по обе стороны от моего тела. И когда я смотрю ему в глаза, эмоции обрушиваются на меня, как приливная волна, — так сильно, что кружится голова, и это почти слишком много. Будто всё, что я чувствовала к Джаксу раньше, усилилось в десять раз, все сомнения смыло без следа, а вместо них пришло невыносимое, сияющее чувство покоя и счастья. Меня вдруг переполняет дикая, сырая энергия, отчаянная жажда быть рядом со своим мужчиной и скрепить нашу связь.

По его глазам я понимаю, что не одна такая — он выглядит обезумевшим, изголодавшимся. Диким.

— Моя, — собственнически рычит он, и я чувствую это всей душой — я его, ровно так же, как он мой. В следующую секунду он уже склоняется ко мне, а я подаюсь вверх на локтях навстречу ему. Наши рты сталкиваются в безумии губ, языков и зубов, а руки лихорадочно хватаются за тела друг друга. Я раздвигаю ноги, и он устраивается между ними, а его твёрдый член настойчиво прижимается к внутренней стороне моего бедра.

— Джаксон, — шепчу я ему в губы, зарываясь рукой в его волосы.

— Я знал, что это ты, — бормочет он, почти благоговейно лаская моё тело руками. — Я всегда это знал.

У меня такое чувство, будто сердце у меня разлетается на куски, чтобы заново собраться уже только для Джакса. Где-то глубоко внутри, наверное, какая-то часть меня тоже всегда это знала. Маленький внутренний голос, который я заглушала собственными сомнениями, убеждая себя, что случайно влюбиться в свою предназначенную пару — это слишком уж совпадение, слишком хорошо, чтобы быть правдой. Никогда в жизни я не была так счастлива и так благодарна тому, что ошибалась.

Я делаю дрожащий вдох, когда Джакс мягко проводит кончиками пальцев вверх по внутренней стороне моего бедра, устраиваясь так, чтобы головка его члена упиралась мне во вход. Ему это нужно не меньше, чем мне, и к чёрту прелюдию. Потребность почувствовать его в себе просто невыносима. Он покрывает поцелуями мои ключицы, поднимается по шее вверх, его губы снова находят мои, и в этот момент он мягко подаётся бёдрами вперёд. У меня поджимаются пальцы на ногах, когда головка его члена входит в меня — поначалу, как всегда, тесно. Потом он медленно продвигается глубже, а мои ногти впиваются ему в спину, пока он не заполняет мою киску до самого конца, до упора, вонзаясь в мою влажную жару каждым твёрдым дюймом.

С моих губ срываются рваные стоны, пока Джакс снова покрывает поцелуями мою шею, перекатывает бёдра и начинает входить и выходить из меня. Он ощущается так охуенно, так глубоко — будто я под кайфом, будто из груди по всему телу разливается чистое блаженство, сжигая меня изнутри до кончиков пальцев. Мы делали это уже много раз, но никогда вот так. Обычно мы просто трахаемся — жёстко, грубо, безумно горячо. А это медленно, чувственно. Будто мы занимаемся любовью.

Я крепко обвиваю ногами талию Джакса, и он подсовывает руку мне за спину, поднимаясь на колени и приподнимая меня так, что я оказываюсь у него на коленях, прижатая грудью к его груди. Он подаётся во мне вверх, а я хватаюсь за его плечи и двигаюсь вверх-вниз в такт каждому толчку. Я запрокидываю голову со стоном, и мои длинные волосы щекочут мне спину, пока я двигаю бёдрами на Джаксе в ровном ритме. Всё моё тело в огне, и внутри меня снова нарастает это знакомое давление.

Я до боли впиваюсь пальцами в его плечи, и его имя начинает срываться с моих губ, как молитва. — Джаксон, Джаксон… Джаксон…

ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЁРТАЯ

Джакс

То, как она произносит моё имя, почти ломает меня на части. Даже несмотря на то, что я и так был уверен: Куинн — моя пара, подтверждение оказывается лучше, чем я вообще мог вообразить. Это оглушает, переворачивает жизнь. Это всё — всё, чего я когда-либо хотел, она и есть всё, что мне когда-либо будет нужно. Моя Куинн. Моя девочка. Моя пара.

Несмотря на холод в воздухе, наши тела горячие, скользкие от пота. Я просовываю руку между нами, ищу её клитор и довожу её до края, и хватает всего нескольких мягких круговых движений по её сладкой точке, чтобы она сорвалась. Её тело дрожит, голова откидывается назад — я крепко держу её в руках и с благоговением смотрю, как она проживает свой оргазм, сам делая всё, чтобы подольше удержаться от собственного. Она, блядь, настолько прекрасна в этом блаженстве, что это почти невозможно вынести. Мой контроль держится на волоске, но теперь, когда я точно знаю, что Куинн — моя пара, я не сдвинусь с этого места, пока не помечу её как свою навсегда и не скреплю связь между нами.