— У нас бесы появились всего полгода назад. — Галка, похоже, решила, что это имя подходит нетопырю больше. — Раньше их не было, князь. Но потом твоим драгоценным родственникам зачем-то понадобилось лезть в Тайгу.

— И как это вообще связано? — буркнул я.

— Ну… Полагаю, дед не просто так запрещал нам заходить за рубежные камни. — Галка пожала плечами. — Хотя я всегда думала, что дело в другом. Там, за озером, сам воздух другой. Густой… Живой. Понимаешь?

Я молча кивнул. Вряд ли в Тайге учили хотя бы основам магической теории. Даже заклинания братии Черного Ефима изрядно отличались от тех, которыми пользовались на Пограничье. Но Одаренных среди друзей Галки наверняка хватало — и сама она тоже без труда чувствовала разлитую вокруг мощь.

Естественный магический фон — так назвал бы это Воскресенский. И этот самый фон успел слегка подрасти даже за те пару недель, которые профессор провел на Пограничье. Значит, за полгода или год местная магия вполне могла стать сильнее. Не настолько, чтобы это заметили Одаренные офицеры и князья, но вполне достаточно для тех тварей, которые прежде существовали только далеко на севере.

Миграция уже началась, и я почему-то не сомневался, что лешие, бесы, слизни, упыри, некромедведи и прочая нечисть вряд ли решат уйти обратно — особенно сейчас, когда за Невой с каждым днем будет все холоднее.

— Вы охотились на бесов? — тихо спросил я.

— Нет. Зато бесы охотились на нас. — Галка мрачно усмехнулась. — Так что приходилось выкручиваться.

— Как вы убивали эти тварей?

Я не слишком-то хотел предаваться воспоминаниям, однако перед глазами против воли тут же появилась картинка: бледный и насмерть перепуганный Платон Зубов, который всадил в беса две пули из крупнокалиберного штуцера, не причинив тому особого вреда. Крылатая тварь то ли носила бронированную шкуру, то ли имела запас прочности побольше, чем у некромедведя.

— Говорите погромче, сударыня. — Седой придвинулся чуть поближе, потеснив сына к кабине. — Нам тоже хочется знать, что делать с чудищем, которое в упор держит пулю из штуцера.

— Ну, этим-то ты его точно прошибешь. — Иван протянул руку и легонько похлопал по прикладу отцовского «холланда». — Английский патрон штука страшная.

— Не прошибет, — вздохнул я. — Не хотелось бы никого расстроить, но бес выдержал две таких пули.

— Ясное дело.

Галка тут же напустила на себя важный вид. Она не слишком часто разговаривала с рядовыми гриднями, а обычно и вовсе бродила по Тайге одна, но внимание все же оказалось ей приятно. А от «сударыни» девчонка и вовсе порозовела.

— Беса надо заговоренной плей бить. Обычная шкуру не берет. Хоть медвежьим патроном стреляй. Только из этого, — проговорила она, указывая на дедушкину фузею, громыхавшую на дне пикапа. — Или в глаз. Но попробуй прицелься, когда эта дрянь сверху летает.

— А когда садится? — осторожно уточнил Иван. — Тогда-то попроще будет. Папка огневолка со ста шагов в глаз бил, чтобы шкуру не попортить.

Я усмехнулся и покачал головой. В талантах Седого сомневаться не приходилось, однако подстрелить обычного хищника, пусть и зубастого, и наделенного силой аспекта — совсем не то же самое, что уложить древнюю тварь. Не только могучую и крепкую на рану, но наверняка и хитрющую, как черт. Среди зубовских и вояк в черном было немало опытных бойцов, и каждый носил с собой ружье, штуцер или револьвер на поясе. И все они погибли. А бес…

Бес просто схватил внедорожник, взмыл в небо и улетел по своим делам.

— А когда садится, Ванюша, — мягко, почти ласково проговорила Галка, — стрелять уже поздно. Тут только бежать… Хотя от беса все равно не убежишь. Он же еще огнем плюется. Такой струей, что сосны пополам режет.

Насчет «пополам» я бы, пожалуй, поспорил, но магия у беса действительно была куда круче той, что выдавали обычные твари с аспектом. Один на один он чуть не угробил Одаренного с рангом Магистра, и даже втроем мы угробили тварь не без усилий.

А Галка, похоже, справилась без помощи, с одной только дедовской фузеей.

— А что насчет аспекта? Вы же тоже… — Я на мгновение задумался, подбирая слова, — тоже поглощаете магию? Ты и твои друзья?

— Ну… один поглотил. — Галка мрачно усмехнулась. — Ничего хорошего из этого не вышло.

Несколько мгновений мы сидели молча, слушая только стрекотание моторов и хруст снега под колесами. Гридни ждали продолжения рассказа, затаив дыхание. Я — потому, что уже, кажется, догадался, чем все закончится.

И в целом догадался верно, хоть и изрядно ошибся в деталях.

— Уж не знаю, что за дрянь из беса вылезла, но человеку ей владеть никак не положено. — Галка уселась ровно, уперев приклад штуцера в днище кузова. — Сразу понятно было, как подошли. Я сразу деру дала, остальные тоже — а один то ли не успел, то ли еще чего… Может, интересно стало. Или решил, что за такую силу можно и рискнуть. Сожрал, башка баранья. И там же и упал.

— Помер? — поморщился Седой. — Храни Матерь его душу…