Всё утро были только он и я. И это было прекрасно.

Когда мама позвала нас по рации на обед, мы уже несколько часов были в седле и не видели ни одной живой души.

Но в маленьком городке новости распространяются быстро.

Меня должно было бы раздражать, что мама разболтала всем про нас с Уайаттом. Но, если честно, я даже рада. Приятно осознавать, что хотя бы один из моих родителей за нас радуется.

Папа исчез после завтрака, и с тех пор я его не видела. Я понимаю, почему он не в восторге от наших отношений, но мог бы хотя бы не ворчать так открыто.

Я знаю, что он боится, будто Уайатт навсегда оставит меня в Хартсвилле.

Но это не его решение.

Это моя жизнь. И я учусь тому, что чем больше беру управление в свои руки — чем сильнее заглушаю шум чужих мнений и делаю то, что кажется правильным именно для меня, тем больше чувствую покой.

Меня задевает неодобрение отца? Конечно. Есть ли у меня всё ещё противоречивые чувства насчёт будущего? Да. Но за всем этим, или, может, под этим, есть тёплое, надёжное ощущение: слава Богу.

Слава Богу, что я рискнула и впустила Уайатта в свою жизнь.

Слава Богу, что сделала это, несмотря ни на что.

Слава Богу, что выбрала себя. И продолжаю выбирать.

— Большая часть этой истории, — Уайатт смотрит на меня, его рука всё ещё лежит на моём бедре, — не совсем подходит для приличного общества.

Сойер ухмыляется.

— Хорошо, что мы не приличные.

— Мы просто поняли, что хватит тратить время, — я не могу отвести взгляда от Уайатта. — Мы не молодеем. И да, я решила, что пора больше веселиться. А с твоим братом мне никогда не бывает так весело, как с кем-то ещё.

Дюк приподнимает брови: ё.

— Значит, вы так это называете? Веселье?

— Скажи ещё слово, и получишь по губам, — отвечает Уайатт, его взгляд по-прежнему прикован ко мне. — Прости, они дикари.

— Я не извиняюсь. — вставляет Райдер.

— Дядя Уай! Привет! Смотри, смотри, Элла сделала себе заячьи ушки!

Мы все поворачиваемся к двери на звук звонкого голоса. В кухню влетает Элла. На её голове бумажный ободок с высокими розово-белыми ушками.

Уайатт тут же подхватывает её на руки, смеясь.

— Разве сейчас не ближе к Рождеству, чем к Пасхе?

— В классе читают книжку про кролика, который любит слушать и следовать указаниям, — объясняет Сойер. — Потому что мы тоже любим слушать и следовать указаниям, правда, Элла?

Она только улыбается, устраиваясь у него на коленях. Уайатт снимает с её головы ушки и надевает на себя.

— Ну как я выгляжу? — спрашивает он.

— Милый, — отвечаю я, вдруг чувствуя, как перехватывает дыхание.

— Милый, но до ужаса глупый, — раздаётся голос за спиной.

Обернувшись, я вижу, как в кухню заходит Кэш, следом за ним — Молли. Я достаточно давно бываю на ранчо, чтобы понять, что они только что забрали Эллу из школы. Так они помогают Сойеру — дают ему небольшую передышку среди недели. Молли души не чает в Элле, поэтому сама предложила Сойеру помогать с поездками в школу пару раз в неделю.

В животе неприятно сжимается. Утром, во время прогулки, Уайатт рассказал мне, что Кэш не раз спрашивал его о том, как он смотрит на меня. Похоже, Кэш боится, что если мы с Уайаттом расстанемся, мои родители захотят прекратить все дела с ранчо Лаки Ривер.

Я понимаю его тревогу. Но мне хочется, чтобы нам просто доверяли. Может, со стороны наше решение быть вместе и кажется спонтанным, но в реальности оно зрело годами. Мы ждали, когда придёт правильный момент. Мы больше не глупые подростки — хочется верить, что знаем, что делаем.

Но вот вопрос: правильный ли это момент, или, наоборот, худший из возможных? Ведь теперь на кону стоит слишком многое. Моя карьера. Семья Уайатта. Его планы на ранчо.

Кэш сразу переводит взгляд на нас с Уайаттом. Хмурится, когда замечает, что наши ноги соприкасаются под столом.

Мы никогда не сидели так близко.

Это тонкий намёк, но намёк.

— Что тут происходит? — Кэш произносит это почти рычанием.

Уайатт смотрит на меня, прежде чем передать Эллу Сойеру.

— У тебя есть минутка, Кэш?

Я встречаюсь взглядом с Молли и чувствую, как по спине пробегает волна облегчения, когда она чуть улыбается.

Я ещё не успела рассказать ей обо всём, что происходит между мной и Уайаттом, но собиралась сделать это после разговора с родителями.

Может, всё действительно сложится. Конечно, эта новость всколыхнёт весь ранчо. Мы здесь словно одна семья, и любые перемены даются непросто. Даже если это хорошие перемены.

— На улицу, — Кэш кивает в сторону двери. — А вы доедайте.

— Мне не придётся доставать ложку, надеюсь? — мама предупреждающе поднимает брови. — Вы оба будете вести себя прилично. Вы знаете моё правило.

— Они будут, — спокойно отвечает Молли, похлопывая Кэша по груди. — У меня предчувствие, что это хорошие новости.