Теперь все стало понятно. Вот оно что. Капризная, избалованная барышня, которую никто не выдерживает. Я буду работать за троих, терпеть выходки и снова останусь без денег, без рекомендательного письма.

Но я посмотрела на свой пустой карман, вспомнила вчерашний голод и что через несколько дней я должна внести плату за комнату, и решилась.

- Что ж, - сказала я, выпрямляясь. - У меня мотивация такая, что я и не такое перетерплю.

Я три раза повторила адрес про себя, чтобы не забыть. Поблагодарила мужчину коротким кивком и, не оглядываясь, побежала домой - успеть привести себя в порядок и наведаться по адресу, пока удача от меня не отвернулась.

Визуалы

Мира Гранж - 19 лет, сирота. Несколько лет провела в приюте. Сбежала. Ищет любую работу. Рекомендательных писем не имеется.

Генерал Рагнар Вальмонт - дракон, 35 лет, не умеет держать язык за зубами. Имеет один большой секрет... Помолвлен с леди Элизабет Торнвуд.

ГЛАВА 4

Я не стала терять время зря. Тотчас побежала на рынок, сжимая в руках сверток с фартуком и халатом.

Торговки на рынке были тертыми калачами. Они окинули меня цепкими взглядами, оценили товар, мою одежду, мое отчаянное выражение лица и принялись торговаться с таким остервенением, будто от этого зависела их жизнь.

- Пять серебряных! - отрезала грузная баба с лотком варений.

- Пять?! Да тут одной ткани на десять! - возмутилась я.

- Ткань-то крашеная, работа плохая. Шесть, и не спорь.

- Двенадцать, - уперлась я. - Или пойду вон к той торговке бочковыми огурцами.

В итоге, мы сошлись на десяти серебряных. Я сжимала монеты в кулаке, чувствуя, как они приятно холодят ладонь. Победа. Маленькая, но победа.

Вернулась домой, надела свое единственное сменное праздничное платье. У меня их всего было два: одно рабочее - выцветшее, застиранное, с заплатками; и второе - по праздникам. Синее, с белым воротничком, немного поношенное, но чистое и опрятное. Я берегла его для особых случаев.

Причесалась прилежно, заплела волосы в аккуратную косу. Посмотрела на себя в маленькое, треснутое зеркальце, что висело на гвозде у двери. Сделала серьезный вид.

- В принципе, выгляжу неплохо. - сказала я своему отражению и подмигнула.

Оставила записку для хозяйки комнаты - написала, что уехала устраиваться на работу. Если не вернусь через три дня, то пусть сдает коморку другим.

Взяла документы. Разложила старую шаль на матрасе, на нее положила свое нехитрое барахло - панталоны, чулки, рабочее платье, ленты для прически. Затем стянула и завязала узлом. Надеюсь, мне не придется сюда возвращаться...

Поколебавшись, достала из дыры в матрасе припрятыннай мной бархатный мешок, развязала завязки и вытряхнула на ладонь кулон в виде половинки луны - единственное воспоминание, что осталось от матери.

Маленький, искусно выполненный, из темного металла. Матушка дала его мне перед смертью, когда я была совсем ребенком. Сказала, чтобы я его берегла, но не носила на себе. Прятала. Не продавала, как бы трудно ни было.

Я сунула кулон в потайной кармашек платья, туда же, где лежали документы. Ладонь на мгновение задержалась на металле, ощущая тепло. Материнское благословение. И теперь я чувствовала себя увереннее.

Когда я попыталась выспросить у прохожих, как мне дойти, оказалось, путь был не близкий. В экипаже ехать около пяти часов. Пешком не дойти.

Понимая, что пути назад нет, я, стараясь выглядеть уверенной, направилась к извозчикам.

И вот тут выяснилось, что десять серебряных - это цена в одну сторону. И то - просили двенадцать, я сторговалась до десяти.

Я тяжело вздохнула. Вероятность того, что меня не возьмут на работу, была высокой. Тогда придется идти обратно пешком весь этот огромный путь. А мои старенькие туфли точно не выдержат. Они и так уже потрескались по швам.

Надо было решаться.

- А, была не была, - сказала я вслух.

Отдала деньги, залезла в повозку и устроилась на жесткой скамье, прижимая к себе узелок с моими пожитками.

Через три с половиной часа мы уже подъезжали к району, адрес которого дал мне незнакомый дракон.

Это действительно был богатый район. Я таких и не видела никогда. Шикарные особняки из белого и розового камня, с колоннами, с коваными оградами, с фонтанами во дворах. Улицы были широкими, чистыми, выметенными до блеска. По ним прогуливались разодетые господа и дамы под кружевными зонтиками.

Мы проехали в самый центр. Кучер еще раз сверился со мной, и я подтвердила адрес. Да, это здесь. Он удивленно присвистнул.

Передо мной стоял высокий особняк в три этажа. Белый камень, темная черепица, узкие окна с витражами, остроконечные башенки по углам. Я замерла, задрав голову, и не могла отвести взгляд от такой красотищи!

- Чего рот разинула! - раздался громкий оклик. - Пришла устраиваться на работу? Черный вход там!

Я вздрогнула, опустила голову и поспешила в обход здания, как мне указали.