Генерал-дракон сослал меня в отдаленное поместье, уверенный, что я обманом женила его на себе. Мы встретились спустя год. Он потерял память после тяжелой травмы на войне. Я, целительница с редким даром, единственная, кто может ее вернуть. А заодно воспользуюсь случаем и подсуну ему документы на развод…

План идеален. Только почему с каждым днем мне все меньше хочется, чтобы он все вспомнил?

ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ

11

Сладко потягиваясь с утра, я сперва не поняла, в какое же уютное место меня занесло. Кровать казалась мягкой, одеяло невесомым, а горячая мужская рука у меня на бедре…

В этот момент пришло осознание. Я бы вздрогнула и подскочила, но, к счастью, сообразила, что это будет выглядеть слишком подозрительно. Поэтому просто напряглась, не зная, что теперь делать.

– Уже проснулась, – тут же заметил Вальд, приоткрыв глаза и поглаживая меня.

– Да, – неловко отозвалась я, потому что молчать казалось нелепо.

Да и общались мы с ним уже когда-то давно. Принц явно меня узнал и не спешил обвинять в подлоге. И мне было страсть как интересно, почему же!

– Я так долго представлял себе этот момент, – мечтательно пробормотал он, прижимая меня к себе за талию.

Вопросов у меня после этой фразы появилось… Но я сразу их все позабыла, когда Вальд нежно коснулся губами моего плеча. С наслаждением вдохнул воздух возле основания шеи.

– Так тяжело было эти месяцы довольствоваться только перепиской и вспоминать вкус твоих губ, – пробормотал муж, а я попыталась вяло шевелить одурманенными мозгами.

Про вкус губ всё было понятно. Этот грешок за душой я имела. Однако вот с письмами ситуация оставалась неясна. Я-то точно помнила, что, уезжая, со смешком предложила Вальду писать письма в королевский дворец Баи для Даны, и потом расстраивалась, что он так и не прислал ни одного. А тут такой интересный поворот! И я, главное, даже спросить ничего не могла!

– Почему молчишь? – почуяв неладное, Вальд попытался приподняться на локте и заглянуть мне в лицо.

Соображать требовалось быстро, отвечать естественно, поэтому, оценив обстановку я выбрала романтично-бредовенький вариант:

– Наслаждаюсь твоим голосом, – нежно улыбнулась я, обвивая протянутыми руками мужа за шею, и, поддавшись порыву, вполне искренне добавила: – Я ведь тоже скучала.

Этот поцелуй у нас вышел спокойным. Сладким-сладким, будто патока. Подхватив меня, Вальд перекатился так, чтобы я оказалась сверху. Наклонилась над ним, позволяя волосам отгораживать нас словно водопадом. Мы целовались самозабвенно. Я упиралась в мужские плечи. Муж ласково поглаживал моё обнажённое тело, невесомыми, но точно искрящими касаниями.

Мы стремительно приближались к утреннему продолжению брачной ночи, но тут я, на свою беду, приоткрыла глаза и заметила, что наши прекрасные свадебные наряды кучей валяются на полу.

– О богиня! – воскликнула я, как только мне позволили дышать.

А потом, ловко перекатившись, соскочила с кровати и принялась поднимать наши вещи, попутно проверяя не слишком ли они помялись. Я причитала, осторожно развешивая их на спинках стульев – потому что плечиков не нашла, – и совершенно не смущалась тем, что делала всё это совершенно нагая.

Вальд, лёжа на боку, смотрел на меня странно. Следил за моими действиями с нечитаемым выражением лица. Где-то в середине процесса, осмыслив его взгляд, я даже замерла. Осознала. Медленно повесила и разгладила пиджак.

Хотелось сказать: «Ой», – но это мало подходило к ситуации. Мне казалось, что в этот момент я сдала себя с потрохами. Даже дышать было страшно.

12

Только Вальд неожиданно совершенно бесстыдно рассмеялся, словно совершенно не удивлён таким поведением принцессы. А потом с усмешкой сообщил:

– А я сперва не поверил, когда ты написала, как решила почистить пятно на локте у статуи богини и в итоге выяснила, что она вообще из другого металла. Думал, выдумываешь, пытаясь показаться хозяйственной.

От возмущения я аж дар речи потеряла. Но не потому, что муж не поверил – я бы тоже не поверила, скажи кто, что компаньонка принцесс пять часов оттирала статую, потому что «на середине же не бросишь». Больше всего меня потрясло, что это за письма такие, в которых писали подобный компромат?! Но узнать прямо сейчас я не могла.

Впрочем, скоро мне предоставился шанс.

Оказалось, что эту ночь мы провели в моей спальне, в которую служанки уже перенесли мои чемоданы. Точнее не мои, а принцесса Аранданы, которые она мне оставила в наследство. И пока Вальд, накинув халат, удалился к себе, а я ещё не дёрнула за колокольчик для вызова горничных, первым делом рванула в гардеробную к сумкам. Ну, халатик натянула и рванула.

Содержимое оставленной мне записки я помнила смутно, но перечитать, отдав принцессе Море, уже не могла. Как будто бы там о какой-то переписке всё же говорилось. Вскользь. Но в день побега… простите, свадьбы, я вообще упустила это из виду.

Я помнила, что без меня сбежавшая принцесса складывала какие-то папки в свой первый, личный саквояж. Тогда ещё удивилась, что это, а сейчас очень надеялась на свою интуицию.