Источник некроэнергии располагался где-то слева и сбоку-сзади от меня. В этот момент я как раз проходил какую-то галерею, куда воины Дома До'Урден стаскивали раненых. Тут были и изначально наши солдаты, и те, кто в последний момент успел сдаться и присягнуть победителям. Лишних солдат у Домов тёмных эльфов никогда не бывало, так что, если не случалось самоуправства увлёкшихся исполнителей, в таких ситуациях раненых пленников не добивали и пытались лечить. Вот и сейчас по галерее ходила пара младших жриц, шептавших молитвы исцеления.

Так как это зрелище не было чем-то удивительным для моего реципиента, то и я, отдавшись его инстинктам… моторике… не знаю, как назвать, в общем, позволив телу делать то, что оно умеет, а памяти командовать так, как надо, чтобы не спалиться, «по привычке» не обращал на него внимания. А стоило бы, так как жрицы, посчитав воинов достаточно целыми, чтобы самостоятельно добраться до цитадели До'Урден, приступили ко второй своей задаче. Они начали поднимать не дождавшихся помощи солдат Дома в виде зомби.

Это была стандартная практика. Оставлять тела — это оставлять улики. И хотя в традициях Мензоберранзана никаких расследований и так не предполагалось, но тела — это ещё и ценный ресурс. Их можно законсервировать, а потом бросить на защиту Дома в качестве нежити. Вот жрицы и старались, а их покровительница щедро наделяла своих слуг нужными заклинаниями.

Поднятые таким образом трупы выглядели неприглядно. Ещё не гнилые и разваливающиеся, но уже… жалкие. Картину не спасали даже доспехи и оружие, оставшиеся от прошлых владельцев. Отвратительная… трата ресурсов.

Память «Бледного Мастера» тут же подсказала с десяток вариантов, как можно было бы создать из этих мёртвых дроу в разы более эффективных и полезных слуг.

Очень странное, скажу я вам, ощущение. Ты понимаешь, что вокруг творится полная дичь, осознаёшь, что находишься в откровенной жопе, к которой вот ни разу морально не должен быть готов, что ты жив-то только чудом, и в то же время ты прекрасно знаешь, как из груды трухлявых костей создать крутого воина-скелета, из гнилого куска плоти — бодрого и активного гуля, из кучки праха — вообще хоть спектра, и… чисто эмоционально ни с окружением, ни с конкретными профильными знаниями нет никаких проблем. Вернее, я осознаю угрозу и боюсь… но не паникую. Страх есть, но он держится в узде. Как и растерянность, и брезгливость, и внутренний протест против окружающей действительности.

Следствие бытия «Бледным Мастером»?

Задуматься над этим вопросом мне не дали, вернее, не дал. С верхнего этажа в галерею спустился очередной воин-мужчина, только этот даже походкой выделялся из общей массы. Уверенный, мрачный, с длинными волосами, дозволенными только дроу-аристократам. И ни малейших признаков этакого… шакалистого подхалимажа, сквозящего в движениях почти всех рядовых воинов мужского пола. Даже у женщин-простолюдинок он то и дело сквозил, когда рядом оказывались жрицы Ллот, а тут пусто. Только гордость, сила и ощущение опасности. Или это во мне говорит устоявшееся суждение Нальфейна на знакомый образ? Вполне возможно, ведь передо мной был Закнафейн До'Урден — первый меч Мензоберранзана.

– Поздравляю, – обронил я, когда воин уже хотел пройти мимо, лишь один раз бросив на меня мимолётный взгляд. Мои новые знания утверждали, что он мог себе позволить такое поведение, потому как был для Дома ценнее, чем любой другой мужчина, и не имело значения, что он теперь даже не консорт Мэлис, каковым некогда являлся.

Моя реплика, впрочем, заставила его придержать шаг и посмотреть на меня уже куда более внимательно.

– О чём ты? – всё же спросил он, видя, что я не спешу продолжать.

– Ты выжил в схватке против восьми верховных жриц, разве это не повод для поздравлений? – вскинул бровь я, говоря о его задании при штурме, включавшем в себя убийство Верховной Матери Джинафе с дочерьми и главными помощницами. На самом деле, изначально я скорее поздравил его с рождением сына, но… об этом лучше было не говорить. Да и вообще лучше было с ним не разговаривать, но вот что-то меня дёрнуло. Не то чтобы совсем по глупости, всё же он тут был одним из немногих благородных жителей города, но… тут всё равно действовал скорее не мой разум, а память моего игрового аватара… или оригинального Нальфейна — я уже сам не очень понимал.

– Там не получилось схватки, – отвернулся Закнафейн, как бы завершая разговор. Ну да, он меня презирает, ведь я — злобный дроу и всё такое.

– Тоже не худший повод для радости… – ответил я уже ему в спину.