– Хм… – я обошёл предлагаемый «товар», беззастенчиво рассматривая, щупая и оценивая, словно придирчивый покупатель при выборе скотины на ферму… Впрочем, так оно и было.

Не самое приятное чувство — признавать такое, но за пару лет в местном обществе успел я повидать и куда как более мерзкие вещи… Да и поучаствовать в некоторых тоже довелось. Создание нежити из живых и разумных, пусть и не слишком эстетически приятных существ, а потом уничтожение «отработанного материла» тоже налагает определённые черты на восприятие. Так что, на деле, изображать беспринципного иллитири, что выбирает себе движимое имущество, почти не требовалось. Я уже таким был. Даже мысли ещё с момента начала разговора на краю сознания крутились соответствующие, мол, если будут только мужчины, можно будет подложить им орчанок посимпатичней и в следующем поколении уже получить более-менее приемлемую с эстетической точки зрения прислугу. Орчанки, они по комплекции от человеческих женщин отличаются мало, там главная проблема — лицо, но два поколения селекции вполне смогут дать приемлемый по внешнему виду гибрид. С женщинами-людьми и того проще — там можно будет организовать и рождение полуэльфов, не со мной в качестве отца, естественно, но сделать такое можно, пусть и потребует некоторых усилий. Но кого волнует, если где-нибудь в «нижнем городе» пропадёт один-два простолюдина?

И вот такие мысли уже сами собой в голову приходили. Ирония ситуации состояла в том, что с точки зрения психологии и мировоззрения дроу они были диким извращением, банально потому, что даже смотреть в сторону рабыни из низшей расы с прицелом на постель было для них чем-то отвратительным и мерзким, но вместе с тем именно жизнь в окружении этих психологии и мировоззрения была причиной такого моего морального разложения. Я осознавал, что это дерьмово, и всё ещё испытывал нотку гадливости при вдумчивом размышлении о том, что я делаю и как думаю, но уже просто привык к этому. Мне хотелось верить, что я ещё не влился душой в этот дружный клуб моральных уродов, поклоняющийся поехавшей мужененавистнице-истеричке, не стал его частью в полной мере и с полным погружением, но отрицать явные сдвиги в личности и то, как расширился у меня перечень дозволенного и нормального… этого я не мог. Не без скатывания в самообман.

– Какие-то они… хлипкие, – я сжал челюсть светловолосой девушке, которой было от силы лет семнадцать, и стал изучать её зубы, словно лошадь покупал. Всё для достоверности роли и уменьшения итоговой цены.

Та могла лишь прикрыть в страхе глаза и мелко дрожать, сдерживая подступающие слёзы и плач — «подавать голос» её явно отучили. Радовало в сложившейся ситуации только то, что никакого мрачного торжества и наслаждения тем, что обращаюсь так с женщиной, во мне не поднималось. А вот отсутствие даже минимальной жалости к «товару» уже не радовало. Возможно, причиной этому было то, что местные люди несколько отличались от привычных мне, будучи, кхм… чуток фэнтезийными, что ли? Сложно объяснить, особенно после того, как людей последний раз видел больше двух лет назад, но рядом с эльфами они смотрелись вполне органично. Ну а может, я просто ищу самооправдание…

– Не беспокойтесь, господин, пусть выглядят они действительно не особо внушительно, они достаточно выносливые, чтобы преодолеть путь с Поверхности до нашего города всего за двадцать семь циклов Нарбондель и с самым минимумом припасов.

– И сколько ты за них хочешь? – я чуть склонил голову.

– По три малых изумруда за штуку, господин, – почтительно произнёс торговец.

– По три?! – я даже соизволил отвлечься и посмотреть на этого охреневшего еврея негро-ушастой наружности. Нет, я понимаю, что всякие Матроны и их дочки с регалиями Высших Жриц, принадлежащие к Правящему Совету, выше презренной торговли и, скорее всего, просто бросили бы торгашу мешочек с драгоценностями… Или стеганули змеиной плетью… Хм, возможно, оба варианта одновременно. Но я-то не зажравшаяся «фемка» с больной головой! Меня жаба душит — ресурсы мои далеко не безграничные, скорее уж наоборот, и чем меньше я их потрачу, тем меньше вероятность усиления внимания в мою сторону! – Ты шутишь? Посмотри на них! Да самое тяжёлое, что им можно поручить, — принести бутылку вина, а ты просишь за них как за обученного и опытного боевого раба!

– Н-но господин, трофеи с поверхности…

– Экзотика, но эта экзотика не стоит таких денег! А то, что они с поверхности, означает, что мне нужно будет тратить своё время на создание для них амулетов ночного зрения, чтобы они просто в моём доме на стены не натыкались! Не говоря уже о том, что товар скоропортящийся и даже в самых мягких условиях долго не проживёт… Кстати, они хоть нормальный язык понимают или ты предлагаешь мне общаться с ними жестами?!

– М-мы уже надрессировали их понимать и выполнять простейшие команды… – печально ответил представитель Дома работорговцев, осознавая, что «халявы» не будет и цену придётся снижать.