— Боже, Томас, сколько же ты на самом деле прочитал?

— Достаточно, чтобы понять, что твой пульс учащается не только из-за дополнительного времени, проведенного на эллиптическом тренажере?

Я краснею.

— И...?

— И он очарователен. Ты должна немедленно выйти за него замуж.

— Очень забавно.

— Я упомянул, что знаю тебя. Его глаза заблестели, когда я произнес твое имя.

От этого у меня замирает сердце, но я не собираюсь давать Томасу больше повода для насмешек. У него на сегодня достаточно поводов.

— А теперь ты просто прикалываешься.

— Нет. Я думаю, что это союз, заключенный на небесах. Запомни мои слова. Я происхожу из длинного рода предсказателей. — Что бы я ни отдала за то, чтобы он оказался прав...

Мой телефон звенит, вибрируя о столешницу, заставляя нас обоих подпрыгнуть.

— Возможно это он, пишет смс, чтобы признаться в своей вечной любви. — От этой мысли у меня внутри все трепещет.

— Или Тревор, угрожающий подать на меня в суд за то, что я рассказала миру о его изогнутом пенисе.

— Тревор — мутант, и не из-за его изогнутого придатка. Это, вероятно, сделает его знаменитым. Он должен быть благодарен, а не подавать на тебя в суд.

— К сожалению, он не согласен.

— Он согласится. Подожди — даже у Чарльза Мэнсона есть поклонники. Тревор и его кривой член получат свои пятнадцать минут славы.

Я провожу пальцем по экрану. Это не Тревор и не Марко, признающейся в вечной любви.

Это короткое электронное письмо от старухи Джоан, в котором она просит меня прийти на встречу сегодня в четыре часа.

Черт.

Глава 41

Я не ожидала, что вызов от Старухи станет потрясающей новостью, но, войдя в ее кабинет и увидев агента Супермена, у меня покраснели уши и увлажнились ладони.

— Пожалуйста, присаживайся, — направляет меня Джоан. Я выполняю приказ, нервно поджимая руки под бедра, чтобы они не дрожали. — Даниэла, я сожалею о потере твоего друга Говарда. Он был ярким человеком. Нам всем будет не хватать его.

Джоан отхлебывает свой натуральный чай с печеньем, от которого во всем ее офисе пахнет, как после марафонского забега.

— Да, думаю, вам, ребята, снова придется платить кому-нибудь за мытье окон. — Не знаю, почему я такая язвительная. Может быть, потому что все в этом здании были заносчивыми мудаками по отношению к Хоуи, и последнее, что я хотела бы услышать, — это неискренние соболезнования.

Агент Супермен прочищает горло и подается вперед, поправляя черную папку на столе перед собой.

— У меня мало времени, поэтому я собираюсь перейти к сути. Ваш менеджер вызвал Вас сегодня, так как мы получили переписку от хакера, который, как мы теперь уверены, является сотрудницей, ранее известной как Лиза Роджерс.

Это придает ее имени такой гламурный оттенок. Я предполагаю, что она выбрала какой-то эзотерический символ для обозначения своего настоящего имени.

— Как я уже упоминал в своем последнем голосовом сообщении, мы — и агентство, и Ваш работодатель — обеспокоены нарушением соглашения о неразглашении, которое Вы подписали, когда началось это расследование.

— Я не собиралась рассказывать всему миру о том, что происходит. Меня взломали. Я здесь жертва.

— Да, мы понимаем это, и именно поэтому мы не собираемся предпринимать никаких дальнейших действий против Вас в связи с этой информацией. Я не могу говорить о действиях Вашего работодателя — это дело Вашего начальства. С учетом сказанного, однако... — Агент Супермен достает лист бумаги из своей папки. Он протягивает его мне и кивает.

Это от Хакера, ранее известного как Лиза. Я читаю, и мое сердце уходит в пятки.

— Так... она вернет блог, если меня уволят? — Я смотрю на Джоан, затем на агента Супермена и перечитываю сообщение. «Лиза» пишет, что вернет мне полный контроль над блогом, а также указанный URL-адрес веб-сайта , с обещанием никогда не вмешиваться в мою будущую онлайн-активность в обмен на мое увольнение из «Великое Здравоохранение и Благополучие», что она считает «законным и справедливым наказанием за совершенное физическое насилие» против ее личности.

— Оно настоящее? Откуда вы знаете, что это от нее?

— У нас есть основания полагать, что это так. Она работает с набором очень сложных криптографических инструментов, которые непрофессионал вряд ли поймет или к которым у него не будет доступа. Кроме того, она знает подробности этого дела так, как никто другой.

— Вау. Так что, по сути, меня шантажируют, чтобы я осталась без работы.

— Вы можете настоять на своих принципах и сохранить работу — однако на данном этапе мы больше ничего не можем для Вас сделать. Ваш взломанный блог, хотя и неудобный лично для Вас, — не единственный ущерб, который нанес этот человек. Мы говорим о корпоративном шпионаже на высоком уровне. Если «Лизу» когда-нибудь поймают и осудят, ей грозит значительный тюремный срок.