Занятое кресло пилота находилось перед окном. Операторский пост, где сидел ЗиЦзы, располагался у экрана и множества сенсорных пультов. Обычно два места в заднем ряду были зарезервированы для капитана и первого офицера, но Ворона предпочитала стоять у двери — как сейчас — расслабленно прислонившись к стене. Это было единственное место, где не нужно было пригибаться, стоя в полный рост, так как потолок над постами пилота и оператора наклонялся вперёд.

Старлинг пригнулась, проходя через небольшой герметичный вход. Она остановилась рядом с Вороной в месте, которое блокировало проход, но это было единственное другое место, где можно было стоять на мостике.

— Капитан? — сказала она.

Ворона отпила из своей серебряной фляги, висевшей на левом бедре, лоудстар — на правом. Фляга всегда была наполнена только водой, но ей нужно было отпивать каждые несколько минут из-за одной специфической проблемы со здоровьем. Эта проблема в остальном делала её практически неуязвимой, так что это было неудобство, которое она, вероятно, не замечала.

— Ага, — наконец сказала капитан.

— Мы правда следуем за сигналом бедствия? — спросила Старлинг.

— Ага.

— Это неожиданно великодушно с вашей стороны! — сказала Старлинг. — Эм, я впечатлена.

Ворона отпила из фляги. Старлинг кивнула Нажу, который парил, наполовину высунувшись из стены слева от неё, затем пригнулась и пробралась на своё место — среднее в ряду из трёх, прямо за оператором и пилотом. Справа от неё Эд, их арканист, сидел в своей синей мантии и мягкой, пузатой красной шляпе, изучая какой-то религиозный текст. Слева было свободное место. Инженер, судовой доктор или иногда Наж — как офицер безопасности — могли его занять. Теням не нужно было сидеть, но Наж часто садился, чтобы люди не спотыкались, проходя сквозь него, и не умирали от неожиданности. Сейчас место пустовало.

Старлинг пристегнулась, подавая пример хороших привычек, хотя лично ей эта защита не требовалась. Затем она наклонилась вперёд, между двумя членами экипажа в переднем ряду. ЗиЦзы справа от неё и Леонора, пилот, слева. Коренастая женщина с бледной кожей холодного оттенка носила свою круглую красную деревянную маску, сдвинутую на макушку. Её лоудстар — сейчас разобранный и подключённый как пара стиков для управления кораблём — был сделан из множества разных видов металла, переплетённых и сплавленных вместе.

— Сколько до сигнала? — спросила Старлинг.

— Несколько часов, — сказала Леонора. Она помедлила. — В Эмбердарке. Капитан никогда не даёт нам слетать с путей.

Они оба взглянули на Ворону, которая отпила из фляги и не дала никаких объяснений.

Это было волнительно… хотя, честно говоря, смотреть здесь было не на что. В основном пустошь, и радиопомехи делали потерю ориентировки пугающе лёгкой. Старлинг ждала, наблюдая, пока шло время. В конце концов она заметила, что Леонора смотрит на неё с улыбкой.

— Что? — спросила Старлинг.

— Ты в последнее время часто занята, лейтенант, — сказала Леонора. — И я поняла, что чего-то не хватает, когда ты не сидишь на этом месте, не суёшь свой нос в наши дела.

— Согласен, — сказал ЗиЦзы. — Твоё лицо — как отличный столб, всегда в углу моего зрения — как мой собственный нос, часто игнорируемый. Пока оно не исчезает, и я остаюсь в смятении, как комната, ставшая слишком тихой.

— Так… — сказала Старлинг. — Раздражающе? Или… полезно?

— Ага, — сказала Леонора. — Комфортно раздражающе.

— Как солнце: такое требовательное, такое раздражающее, такое необходимое, — сказал ЗиЦзы.

— Как, — сказала Леонора, — солнечный свет может быть раздражающим, Зи?

— Сказано с апломбом, — ответил он, — тем, кто жил только снаружи и никогда не знал великого и успокаивающего гула Великого Механизма, собирающего вашу семью вместе, комната за комнатой. Да, сказано тем, кто знает только беспокойную тишину.

ЗиЦзы изучал приборы на своей панели. Одна рука лежала на половине его лоудстара, который он воткнул в соответствующий разъём на панели. Однако вторая рука парила над встроенным скадриальским пультом, и маленькие нити электричества — как крошечные молнии — соединяли его пальцы с панелью, позволяя ему использовать эти родные элементы управления, написанные грубым, угловатым северным скадриальским шрифтом. Один из его датчиков отслеживал сигнал, за которым они следовали. Это было не радио, а более дорогой инвестированный аварийный маяк.

В данный момент ЗиЦзы носил свой яркий хохолок из жёлтых перьев длинным и зачёсанным назад на шею. Его брови были такими же пернатыми. Летать он не умел и находил забавным, когда люди спрашивали — он никогда не видел птиц до отлёта с родного мира, который выглядел как одно из самых странных мест, о которых Старлинг когда-либо слышала. Города, состоящие из тысяч и тысяч движущихся комнат, управляемые каким-то гигантским механизмом? Под присмотром Неспящих и питаемые невидимой Инвеститурой?