— Нет, — твёрдо сказала Вати, хотя в голосе слышалась дрожь. — Нет такого основания.

— Я не буду играть в игры, — сказал чужак. — Я не буду вступать в полемику, как эти скадриальцы. Вы примете моё предложение или нет. Если вы присоединитесь к ним, знайте: у меня будет законное право считать вас врагами.

В комнате было тихо; Поросль осторожно убрал руку от оружия.

— Я не завидую вашему решению, — сказал бронированный чужак. — Вас бросили в конфликт, которого вы не понимаете. Но как ребёнок, оказавшийся в центре военной зоны, вы должны будете решить, в какую сторону бежать.

Светящиеся части брони существа засияли ярче — мерцающее серебро, слишком прекрасное для этого странного создания. Он приподнялся над полом на несколько дюймов, затем наконец отсоединил блок питания от своего ружья. Оружие исчезло в облаке тумана.

Он ушёл без дальнейших слов, проплыв мимо охранников — те отступили и не стали его останавливать.

— Что это было? — потребовал ответа Закат.

— Он прибыл рано утром, — сказала Вати, — с простым предложением. Никаких переговоров. — Она помедлила. — Кажется, ему не нужен корабль, чтобы путешествовать между звёзд. Он... прилетел с неба сам, без посторонней помощи.

— Или с помощью своей брони, — сказала одна из вершительниц судеб — Закат не знал её имени. — Может, эта броня...

Двое охранников встали у двери, виновато сжимая винтовки. Но все в комнате знали, что никакая охрана не сможет остановить такое существо. Вати подтащила стул к маленькому столу в комнате, потом села, ссутулившись; Миррис тревожно переползала по её спине с одного плеча на другое.

— Вот оно, — прошептала Вати. — Вот наша судьба. Меж океанской волной и незыблемым камнем.

Эта работа измотала её. Закат скучал по той женщине, какой она была — полной жизни и оптимизма, — но она была права. Такова их судьба, и нет смысла предлагать пустые афоризмы. К тому же она не задавала вопросов.

Сак чирикнула, и на столе перед Вати появилось тело. Закат нахмурился. Потом нахмурился ещё сильнее.

Потому что труп был не его.

Никогда за всё время, что он был связан с Сак, она не показывала ему никого, кроме него самого. Даже в те опасные времена много лет назад, когда её способности стали нестабильны, она показывала Закату только его собственное тело.

Он шагнул через комнату, и Вати подняла почти облегчённый взгляд — будто ожидала, что он придёт её утешить. Она нахмурилась, когда он, игнорируя её, уставился на тело на столе. Женщина, очень старая, с длинными седыми волосами. На трупе была незнакомая униформа, похожая на ту, что носили Верхние. Награды на нагрудном кармане, но надписи на другом языке.

Это она, — подумал он, вглядываясь в состарившееся лицо. Вати, лет через сорок в будущем. Мёртвая, одетая для похорон.

— Закат? — сказала живая Вати. — Что ты видишь?

— Труп, — ответил Закат, вызвав ропот в комнате. Их беспокоила сила Сак, уникальная среди авиаров. Он знал, что некоторые не верят в её существование, но ему было плевать и он не собирался что-либо им доказывать.

— Невероятно избыточно, Закат, — сказала Вати. — Можно подумать, за пять лет можно было научиться отвечать не одним словом.

Он хмыкнул, обходя видение.

— Труп, — сказал он, затем встретил взгляд живой Вати. — Твой.

Глава восьмая

Пять лет назад

Закат вёл её сквозь темноту к своему тайному лагерю, где можно было укрыться от ночных опасностей. Но ничто не могло укрыть его от болтовни спасённой островитянки.

— Никогда не видела, чтобы траппер носил с собой птицу не с островов, — сказала Вати сзади.

Это был не вопрос. Закат, соответственно, не видел необходимости отвечать.

— Какая это порода? — продолжила Вати. — Где ты её нашёл? Зачем держать её вместе с авиаром?

Это были вопросы. Но он не хотел на них отвечать, поэтому продолжал идти. Обвёл её широкой дугой вокруг ловушки лиан. Наконец они добрались. Этот тайный лагерь — у него их было три на острове — располагался на вершине невысокого холма, куда вела извилистая тропа. Здесь, на крепком дереве гурра, висело строение из одной комнаты, помеченное предупредительными знаками с его символом. Деревья — владения авиаров — были одним из самых безопасных мест для ночлега на Патжи.

Закат зажёг фонарь, поднял его вверх, освещая оранжевым светом своё жилище.

— Наверх, — сказал он женщине.

Та оглянулась через плечо в чёрные джунгли. В свете фонаря он видел, что белки её глаз покраснели от недосыпа, несмотря на беззаботную улыбку, которой она одарила его, прежде чем полезть по вбитым в ствол колышкам.

— Откуда ты узнала? — спросил он.

Вати замерла у люка, ведущего в дом.

— Что узнала?

— Где мой тайный лагерь. Кто тебе сказал?