— Злющая тётка! — добавил Вилли и погладил малыша по пушистой макушке.

— Не расстраивайся у вас и так слишком много тарелок, — утешил он Ушастого.

— Кстати, а зачем вам столько тарелок, если вас только четырнадцать? — поинтересовался Робби.

— Так ведь каждый съедает по десять порций, не меньше, — ответил гоблинёнок. — А ведь ещё нужны тарелки для второго и для сладкого.

— По десять порций? — ужаснулся Вилли.

— Не я, конечно, а её внуки, — уточнил Ушастый.

— А разве ты не её внук? — с опаской покосившись на гоблиниху, спросил Робби.

— Нет, у неё двенадцать внуков, дети её старшего сына. А я ей внучатый племянник.

— Ты сирота? — участливо спросил Вилли.

— Наверное. Я не знаю, кто мои родители, но мой дедушка — её брат. Он умер, и тётя Минни взяла меня к себе. Она говорит, что моя мама была лягушкой, — он смягчил резкое выражение гоблинихи. — Это потому что они все серые, а я зелёный…

Он смахнул слёзы кончиками ушей.

— Не стоит плакать, — похлопал его по плечу Робби. — Радуйся, что не похож на неё, — чуть тише добавил он, кивнув в сторону плиты.

Тётка Минерва как раз ставила в печку противень с пирогом.

— Эй, работнички! — позвала она, — Давайте-ка, взбейте сливки!

Она вытащила откуда-то бочонок, наполовину полный свежих сливок, и вручила обоим мальчикам по венчику. Точно такой же был дома у мамы Вилли; она им взбивала белки для пирожных безе, но эти были раз в пять больше.

— Только не ты! — сердито оттолкнула она Ушастого. — Не трогай сливки своими лапами, а то они сейчас же осядут! Лучше наколи орехов, — повелела бабушка.

Ушастый вытащил из угла неизвестно откуда здесь взявшийся мешок грецких орехов. И послушно принялся колоть их щипцами в виде зубастой головы летучей мыши.

"Интересно, где она достала орехи, купила что ли?" — подумал Вилли, орудуя венчиком.

"Вот бы мне дома такие щипцы для орехов", — подумал Робби, завистливо поглядывая на Ушастого.

Тот поднял голову и внимательно посмотрел на мальчика. Яростно взбивая белую пену, Робби подмигнул гоблину. Ушастый улыбнулся.

Примерно через час послышался страшный топот, будто бежало стадо слонов. Старуха попробовала суп и довольная кивнула головой:

— Они как раз вовремя.

"Шасси" прижал уши:

— Тётя Минни, может, мальчикам лучше уйти?

— Нетушки, неблагодарное создание! Они останутся с нами на обед, ведь они помогли мне его готовить. И что за моду завёл дурацкую, называть меня Минни? Я тебе не подружка, а бабушка! Понял?

— Да, бабушка.

Это прозвучало настолько смиренно, что мальчики не могли удержаться от улыбки. Топот приближался.

— Это братья возвращаются. Они целый день работают в горе: копают туннели, ищут драгоценные камни и всё такое. Они идут из ближней галереи, — рассказывал Ушастый в ответ на немой вопрос мальчиков.

В кухню вели ещё две огромных обитых железом двери, кроме той щели, через которую Робби и Вилли  попали сюда. Дверь прямо перед ними распахнулась. В кухню влетел гигант с чёрной косматой головой и здоровенными кулаками. На нём были короткие кожаные штаны и кожаные ремешки оплетали запястья. Всю остальную одежду ему заменяла чёрная щетина росшая по всему телу, кроме лица.

— Ба, готов обед? Мы — голодные, как звери! — заорал он громоподобным голосом, стуча от нетерпения хвостом.

— Эгр, золотко, потерпи немножко. Всё уже готово, можете садиться за стол, — сладким голосом пропела гоблинова бабушка.

— Ага, — рявкнул Эгр и собирался уйти, но у двери оглянулся. — Это что за птенчики? — спросил он, указывая толстым чёрным пальцем на мальчиков.

Его злые маленькие глазки ещё больше сузились. Робби и Вилли испуганно сжались.

— Это, внучек, мои помощники. Взбивают для тебя сливки. Они пообедают с нами, а потом исчезнут.

— Сливки… — задумчиво прорычало "золотко". — Ладно, пусть живут!

И он скрылся за дверью. Все трое, включая Ушшаса, облегчённо вздохнули. Гоблиниха достала из духовки готовый пирог.

— Ушастый, накрывай на стол, — скомандовала она. — А вам, ребята, лучше пообедать здесь и не показываться на глаза моим дорогим внукам.

Она принялась сосредоточенно резать пирог, а Ушшас относил тарелки и ложки, все, какие были на полке. Вилли украдкой заглянул в другую комнату. И сейчас же потянул за руку Робби, чтоб и он тоже посмотрел.

Это был большой зал вырубленный в скале. Во всю длину его стоял здоровенный стол. По обе стороны к столу придвинуты длинные узкие скамейки. За столом сидели двенадцать волосатых горилл и шумно галдели. Они были очень похожи на того гиганта, который заходил на кухню. Но всё же он был самым огромным из двенадцати и, по-видимому, старшим. Он сидел ближе всех к двери, мальчики сразу узнали Эгра по его чёрной гриве. Казалось, она начинается с его шевелюры и спускается дальше по мощной спине, доходя до кончика хвоста. Он сидел и угрюмо разглядывал ложку и пустые миски перед собой.