Это было предупреждение. И одновременно одно из самых горячих вещей, которые кто-либо говорил мне.

— Я хочу этого. Я хочу тебя.

Его глаза потемнели ещё сильнее. Сопротивление рушилось.

— Если я трахну тебя, — ответила я, — возможно, я тоже никогда не остановлюсь.

В этот момент его самообладание окончательно сломалось. Он снова поцеловал меня — отчаянно, жадно. Его губы были везде: на моих губах, на шее. Он целовал меня так быстро, будто не мог насытиться. Пока что он скрывал клыки, но я знала — позже они появятся. И я хотела этого.

Питер перевернул нас с тихим рычанием и уложил меня на диван.

Его тело… было воплощением моих самых грязных фантазий. Когда я медленно провела пальцем вокруг его соска, его стон был таким громким, что я невольно подумала — когда в последний раз кто-то касался его так? Я отогнала эту мысль и провела руками ниже по его животу.

Вдруг его руки резко поднялись и сжали мои запястья.

— Хватит дразнить.

Он легко притянул меня обратно к себе и усадил на колени. Когда он наклонился и взял сосок в рот, звук, который вырвался у меня, едва можно было назвать человеческим.

— Питер…

Я схватилась за его волосы, притягивая его ближе. Секунды растянулись в минуты. Его рот… его прохладный язык… Это было электричество. Жидкий огонь в венах. Лучше магии. Мне нужно было, чтобы он был внутри меня.

— Пожалуйста… — прошептала я.

Все, что произошло дальше, было чистым инстинктом. Поднявшись на колени, прежде чем взять его в руку, а затем снова опустившись, насаживаясь на его член, дюйм за восхитительным дюймом — я не могла не делать этого так же, как не могла перестать дышать. Каждое скольжение его внутри меня вырывало из него хриплые, первобытные звуки; его руки крепко сжимали мои бедра, грубо направляя мои движения. Это было грубо, это было грязно. Но, боги, как же хорошо было быть с этим прекрасным мужчиной. Забыть о обязанностях, ждущих меня дома, о проблемах с моей магией — обо всем на свете, кроме этого изысканного наслаждения.

Питеру было нужно то же самое, поняла я. Мы извивались вместе бесконечные мгновения, его руки на моих бедрах направляли меня, пока он все более безудержно толкался вверх в моё тело. Это был Питер без сдержек — его голова была запрокинута на спинку дивана, темные глаза затуманены дикой похотью, разжигающей пламя моего собственного желания. Его рот был приоткрыт, клыки полностью видны; самоконтроль, который заставлял его прятать их за губами, когда мы начали, понемногу исчезал каждый раз, когда я поднималась и затем принимала его глубже.

Боги, как давно это было. Моя разрядка была совсем близко — горячая, лихорадочная и едва недосягаемая. Сила, кипевшая прямо под поверхностью, поднялась внутри меня. Она грозила вырваться наружу, расколоть меня и разлететься тысячей ярких осколков. Я уткнулась лицом в шею Питера, желая растянуть это как можно дольше, пока он продолжал двигаться во мне.

За последние годы у меня были несколько неловких случайных связей, но я давно не кончала с другим человеком. Когда это происходило, я обычно теряла контроль. Питер принял то, что я рассказала ему о своем прошлом, но что он подумает, если я..

— Отпусти, — прохрипел Питер у чувствительной раковины моего уха; по моему дыханию и тому, как моё тело сжималось вокруг него, он понял, насколько я близко. Он сильнее сжал мои бёдра, двигая меня вверх и вниз, пока его толчки становились быстрее и беспорядочнее.

— Я не могу, — всхлипнула я. Произнести слова было почти невозможно. Все внутри меня было натянуто, как струна. — Если я отпущу, я..

— Я хочу это увидеть, — прорычал Питер. Он наклонился вперед и прижался губами к стороне моей шеи, прямо к пульсу. Кончики его вампирских клыков мягко уперлись в мою кожу — достаточно, чтобы я почувствовала их. Он не укусит меня, если я не захочу; но слова, чтобы сказать ему хоть что-нибудь, были для меня недостижимы. — Покажи, на что ты способна, Зельда. Насколько ты сильна. Я хочу увидеть.

Его хриплые, шепотом сказанные слова поддержки отправили меня прямо к вершине, и я кончила с криком и неописуемым всплеском наслаждения. Мое тело пульсировало снова и снова; сила, которую я держала спрятанной, пробежала по позвоночнику и вырывалась из меня с каждым резким толчком его бёдер. Питер глухо застонал, а затем завыл; его тело подо мной натянулось, как тетива, пока энергия, исходящая от меня, окутывала нас обоих. Она втягивала его глубже в меня, ласкала его, узнавая в нём источник моего удовольствия и отвечая тем же. Где-то на краю сознания я заметила сильный порыв ветра, ударивший по комнате, лампы, падающие со столиков, и звон разбивающихся бокалов — но мне было всё равно. Важно было лишь то, как наши тела извиваются вместе и наше взаимное, всепоглощающее наслаждение.

— Пожалуйста, — умолял он у моей шеи. — О боги, Зельда… пожалуйста.