Едва уловимый запах сырой земли говорил о том же. Прислушавшись к чувству голода, Виви поняла, что с мусоровозом она не ошиблась. Сейчас примерно семь часов утра. Коммунальные службы города примерно в это время проводят уборку улиц.

Маньяк… А после следов крови Виви в этом больше не сомневалась… Он пришёл ещё через полчаса. Девушка забилась в угол кровати, держа подушку как свой последний щит.

Он стоял в дверях. Мужчина, чуть за сорок, с короткой светлой бородкой и холодным взглядом. И это плохо… Очень-очень плохо! Раз не прячет лица, значит, нет вариантов отпустить Вивиан живой.

— Я всё ждал, когда ты начнёшь плакать и звать на помощь, — произнёс он, сальным взглядом проходясь по Виви. — Даже электрошокер принёс! Хочу тебя с ним сразу познакомить. На первый раз хватит и его. Потом за каждую провинность…

Он всё говорил и говорил, а Вивиан не могла слушать. Её охватил ужас от осознания своего полного бессилия.

Маньяк вдруг ткнул в неё дубинкой, и Виви выгнуло дугой.

Вззз!

Разряд электрошокера выбил из лёгких воздух. Немой крик застрял в горле.

— Правило первое, — холодно произнёс маньяк. — Всегда слушаешь, когда я говорю. Правило второе. Ко мне можно обращаться только мистер Твикис. Не переживай! Всё по пунктам записано в этом сборнике правил.

Выглянув в коридор, похититель достал из настенной полки потёртую тетрадь и бросил на пол камеры Виви.

— …За каждое неповиновение будет следовать наказание. Даже если тебе кажется, что меня нет рядом… Хех!.. Есть те, кто всё видит.

Маньяк дубинкой-шокером указал на видеокамеру, стоящую под самым потолком, и затем продолжил:

— …Двенадцать часов в сутки ты будешь шить одежду. Машинка стоит в комнате номер двенадцать. За каждый брак и намеренно испорченную вещь последует наказание. Чего молчишь?

Виви не знала, что спросить. Почему комната двенадцать? Какой смысл похищать людей и заставлять их шить одежду? Она не успела… Маньяк снова пустил в ход дубинку с электрошокером на конце.

Вззз!

Кое-как отдышавшись, Виви сквозь зубы процедила:

— Я не знаю, что спросить.

Смотря на девушку, маньяк демонстративно включил электрошокер, заставляя тот выдать сноп искр.

— …Мистер Твикис.

— Так-то лучше, номер семь.

— «Номер семь»?

Взз!

Ещё один удар током, и Виви едва сознание не потеряла. Лицо похитителя в этот миг походило на рожу наглого кота, добравшегося до сметаны. Он сальным взглядом прошёлся по Виви, пока та пыталась отдышаться и прийти в себя.

— Кто разрешал тебе задавать вопросы, номер семь?

Покачав головой, Твикис выглянул в коридор и достал с полки пустой дневник и стопку чистых листов формата. Стерев слёзы, Виви поняла, что это не просто чистые листы, а ксерокопия страниц точно такого же дневника. Только намного старее и заполненного от руки кем-то другим. На пожелтевших листах виднелись разводы от слёз и капли крови. Ксерокопия оказалась цветной.

Бросив их на пол, Твикис достал с полки пару ручек и аккуратно положил их поверх дневника.

— Цени мою доброту и порядочность, номер семь, — маньяк холодно улыбался. — Я чту правила и никогда не наказываю своих работников без причины. Однако даже еду и право на душ надо заслужить.

Поднявшись на ноги, Твикис указал дубинкой на пачку листов ксерокопии.

— …Начнём с переписывания дневника тех, кто находился в седьмой комнате до тебя. За десять страниц получишь бургер. За двадцать — так и быть, закажу тебе пиццу. Номер один потом научит тебя, как пользоваться швейной машинкой. А номер два покажет, где мыть посуду и куда складывать готовые к сдаче вещи. Номер четыре отвечает за контроль качества. За каждый неправильный стежок у нас полагаются штрафы.

Чем дольше маньяк говорил, тем больший ужас охватывал Вивиан. Боясь снова получить удар током, она торопливо подобрала пустой дневник, ксерокопию и обе ручки. Если получится, одной из них она сможет ударить Твикиса и сбежать отсюда. Надо только дождаться подходящего момента.

Тем временем дверь в камеру закрылась. Затем лязгнул засов, находящийся по ту сторону преграды. Вивиан взяла первый лист и вчиталась в текст чужого дневника. По мере чтения глаза девушки раскрывались всё шире… Ужас накатывал волнами, не давая оторваться от чтения рукописи, описывающей чужие страдания.

Шесть! Целых шесть пленниц, находившихся в седьмой комнате до Виви. Сменяя друг друга, они описывали, какое именно правило нарушили и какое за этим последовало наказание. Им запрещалось пользоваться именами где-либо, кроме дневника. Плюс разговаривать о прошлом и много чего ещё. Кто-то по видеокамерами следит за всеми сутки напролёт.

Самым страшным считалось попадание в «чёрную комнату». Когда пленницы её описывали, почерк становился неровным. Их руки дрожали, а слёзы пропитывали дневник.

Так и не написав ни строчки, Вивиан Тадлер… дочь капитана полиции Лоуренса Тадлера… не смогла заплакать. Она читала истории, которых не должно существовать! О людях, чьи судьбы канули во тьме.