— Я организую для вас водителя и охрану, — замечаю я.

— Не нужно.

Мой взгляд встречается с ее.

— Все знают, что Лэйни – моя племянница. Это ради ее безопасности.

Глаза Новы слегка расширяются, затем она шепчет: — Ох, точно. Конечно.

Несмотря на то, что земля только что ушла у меня из-под ног, я снова подмечаю, какой красивой стала Нова с нашей последней встречи. Когда я спустился по лестнице и увидел ее, сидящую за кухонным островом, я на несколько секунд лишился дара речи, что со мной случается крайне редко.

Каждый раз, когда Рэйчел рассказывала мне о звонках своей лучшей подруге, я продолжал представлять ту милую семнадцатилетнюю девчонку, которая всегда смущалась и вела себя со мной неловко. Теперь же она просто сногсшибательна со своими рыжими волосами и темно-зелеными глазами.

За эти годы из-за своего статуса я стал относиться к людям с осторожностью, но, глядя на Нову, я чувствую ту самую привычную близость, которая меня успокаивает.

— Спасибо, что ты здесь, — произношу я.

— Конечно, — шепчет она, выглядя немного смущенной.

Да, может она и выросла, но, похоже, по-прежнему осталась робкой, и мне это кажется милым.

Услышав, как Рэйчел спускается по лестнице, я бросаю взгляд через плечо и наблюдаю, как она идет к нам.

Она кладет на столешницу папку и говорит: — Все здесь.

Придвинув папку поближе, я открываю ее и начинаю просматривать документы. Когда я смотрю на снимки и медицинские заключения, мое сердце сжимается от боли.

Вид опухоли в мозгу Рэйчел делает происходящее пугающе реальным. В одном из своих фильмов, «Расколотые разумы», я играл агента криминалистической лаборатории, умиравшего от глиобластомы, так что я знаю о болезни достаточно, чтобы понимать, о чем говорят эти бумаги.

Черт, все плохо.

Мой разум снова бунтует против мысли о потере Рэйчел, и я просматриваю все документы в поисках хоть какого-то проблеска надежды.

Сестра кладет руку мне на плечо и мягко произносит: — Я не думаю, что консультации с другими врачами что-то изменят.

Я резко мотаю головой, вскидывая на нее взгляд.

— Я не сдамся, Рэйч.

В дверь стучат, и Сильвия зовет: — Истон?

— Мы на кухне, — отзываюсь я.

Мой менеджер вбегает в дом и устремляется прямиком к моей сестре. Я смотрю, как они обнимаются, из-за чего Рэйчел снова начинает плакать.

— Мне так жаль, Рэйч, — говорит Сильвия, прежде чем отстраниться. — Я нашла специалиста по патоморфологии и диагностической онкологии в больнице «Роял Принц Альфред» в Австралии. У него был успешный опыт работы с некоторыми случаями глиобластомы. Я связалась с его клиникой, и как только они ответят, я дам вам знать.

Пока Сильвия похлопывает меня по плечу, я спрашиваю: — Кто этот врач?

— Профессор Энтони Фокс, — отвечает она. — Один из его пациентов находится в ремиссии уже два года.

В груди вспыхивает надежда.

— Мне плевать, сколько это стоит. Я хочу, чтобы он рассмотрел случай Рэйчел как можно скорее.

Сильвия бросает взгляд на свои наручные часы.

— Я позвоню им, как только клиника откроется. Сейчас в Сиднее только четыре утра. — Она переводит взгляд на Нову и, подойдя ближе, протягивает руку. — Сильвия Слоун. Я менеджер Истона.

— Привет, — отвечает Нова, неловко пожимая руку Сильвии. — Я Нова Аллен, лучшая подруга Рэйчел.

— Приятно познакомиться, — говорит Сильвия. — Ты из Вероны?

Нова кивает и начинает нервно крутить свою пустую кружку из-под кофе.

— Да. Я знаю Рэйчел и Истона всю свою жизнь.

Сильвия улыбается Рэйчел.

— У тебя есть целая команда людей, которые любят тебя и будут рядом.

Рэйчел лишь кивает, ее лицо выглядит слишком бледным, черт.

Я ругаю себя за то, что не спросил об этом раньше.

— Как ты себя чувствуешь, Рэйч?

Она поднимает дрожащую руку и прижимает кончики пальцев к виску.

— У меня болит голова, и от этого меня тошнит. Мне нужно съесть тост, прежде чем принять лекарства.

— Я тебе приготовлю. — Нова спрыгивает со своего стула. — Кто-нибудь еще голоден?

Я сейчас вообще не могу думать о еде, поэтому качаю головой: — Я пас.

— Я поела в самолете по дороге домой, — отвечает Сильвия.

Мы все наблюдаем за тем, как Нова поджаривает несколько кусочков хлеба, и воздух в комнате снова становится тяжелым.

Сильвия первой нарушает тишину, произнося: — Я поговорила с Тимом. Он недоволен. Нам придется собраться и обсудить, что делать дальше.

— Нам нечего обсуждать, — бормочу я. — Сейчас мой приоритет – Рэйчел.

— Я знаю. — Сильвия бросает на меня сочувствующий взгляд, но все же продолжает: — Но встреча должна состояться. Я попрошу об отсрочке на месяц или два. Я также оставила сообщение для Бобби, так что жди от него звонка. Как твоему агенту, ему нужно знать, чтобы он пока не рассматривал другие сценарии.

Боже, я вообще не могу думать о работе.